Школа, как это было… Часть 3

ГЛАВА 19. НЕОСНОВНЫЕ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА.

Здесь стоит немного описать наших одноклассников, которые просто учились вместе с нами. Они не были очень активны в жизни класса, в наших мероприятиях. Или и вовсе ушли от нас после восьмого класса.
Но, тем не менее, они были. И они есть в нашей памяти, как наши одноклассники. Я не могу достаточно точно вспомнить всех. Но, рассматривая старые фотографии, сразу всплывают имена и события, которые мы проживали вместе.
Много информации мне добавили Борис, Люся, Костя и Женя, когда мы сидели у ноутбука, смотрели старые фотографии и планировали поездку на юбилей нашего выпуска.
Инна – милая такая девочка, всегда улыбчивая, но уехала с родителями в Монголию, и так и не вернулась. Она была очень дружна с Люсей, и Мариной З.
Кудрявый и неугомонный Валера, прямо какой-то чертенок. Куда-то пропал после восьмого класса. Оказался в Германии.
Люда Ж. – была такой активной и жизнерадостной, но как-то только до седьмого класса. Потом почему-то замкнулась и куда-то отошла. Наверное, рано повзрослела.
Немного всегда странная и загадочная Лора Э. и веселилась со всеми и вроде участвовала всегда и во всем, но как-то без особых взлетов и падений. Ровно.
Они вместе с Людой Ж. живут все там же.
Валентин – был рыжим. Натуральным рыжим – и этим все сказано. Хороший миролюбивый парень. Озорной и заводной. Не так давно, он трагически погиб. И от этого страшно грустно.
Неля Ф., как-то особенно не высовываясь, тем не менее, тоже запомнилась. Её чистосердечность и какая-то правильность. Она была очень дружна с другой Нелей. С Нелей Ш. Их так и называли – две Нели.
Сергей С. – этот был старше нас всех. И поэтому большинство наших мероприятий ему были не интересны. Зато он всегда очень увлекался техникой. Говорят, он стал высококвалифицированным специалистом и даже знаменитостью в своей профессии.
Как-то похожим на Сергея был Миша – такой надежный и правильный — как мужик. Когда говорят «хозяйственный мужик» то это вот про них. Но Мишка был ещё и очень компанейским. Сейчас он крупный бизнесмен, уважаемый человек в городе. Они тоже ушли после восьмого класса.
Миша и Сергей после армии вернулись в свой город и живут, и трудятся до сих пор там.
Таня была подругой Галины Ш., и они пришли к нам вместе. Они очень дополняли друг друга. И в наш коллектив они вошли очень легко и без недоразумений. Все их приняли. Они стали своими, нашими.
Галка и Надька. Как-то грубовато, по детски звучит. Но их так все называли. Они были неразлучны. И везде, где бы они ни были – всегда был смех и какие-то события.
Ирина З. – о ней нельзя не сказать. Тихоня, умница и всегда всем старалась помочь.
Коля Я. – вот этот был баламут. Вечно его куда-то тянуло на приключения. И, естественно всегда были эти приключения. И последствия, конечно. Тот ещё «фрукт». По самым скромным подсчетам он был женат пять раз. И сейчас где-то в Прибалтике.
Он был самым высоким в классе — Сергей Ф., но как-то и учился слабо, и активностью не выделялся. Был таким «в себе», но добрым и не обидчивым парнем.
Паша Г. – этот запомнился песнями под гитару. И если будет понятно, чем выделялись хиппи, в свое время. Нет не одеждой, хотя и ей тоже. Так вот Пашка выделялся среди нас именно этим. Вольнодумством. И ещё отзывчивостью.
Был у нас и свой мудрец – Коля А.. Как-то не по годам мудр, житейской мудростью.

Ну, вот вроде бы и все.
Хотя были ещё и Олег, и Роберт, Лена В., Галина Ч., Лора Б., Саша, и ещё несколько человек, которых мы помним просто как одноклассников – имена тут не важны. Их лица и они сами.
Были ещё и те, которые уходили раньше, в четвертом, пятом, шестом классах. И тех, которых подчас нам не хватало. Девочка Женя, например. Или Юрка Р., Володька Ц.

Сколько всего получилось?
Двадцать пять человек. Вот это новость!

Ещё семнадцать вместе с нами и с теми, о ком я уже рассказывал.
Получается сорок два человека. Здорово.

Помимо всех родственников, знакомых и друзей, образовавшихся за всю жизнь, у нас у каждого, есть ещё как минимум сорок человек. Которые нам дороги и не безразличны.
Вот это открытие!

ГЛАВА 20. СНОВА О ШКОЛЕ, И НЕ ТОЛЬКО О НЕЙ.

Если немного отвлечься и пофантазировать. То получается такая арифметика.

Семья. Минимум человек десять — пятнадцать. Родители, бабушки, дедушки, супруги и их родственники, братья и сестры, дети и внуки.

Школа – сорок!

Дальнейшее образование. Или армия. Сокурсники, знакомые, друзья. Ещё человек десять – двадцать.

Работа и увлечения. Сложно дифференцировать. Но, где-то – пять – десять человек.

Друзья семьи. Тоже человек десять. Вместе с супругами и их знакомыми.

Ну и просто по жизни. Ещё человек десять наберется. Но это с натяжкой.

Каков же результат.
От восьмидесяти до ста двадцати человек.
Это, так называемый «ближний круг» каждого из нас.

Удивительно. От половины, в самом скромном подсчете, и до трети в среднем. Получается, что наши одноклассники, являются основой нашего ближнего круга.

Ну, конечно, не все так близки, как допустим мы с Борей, Люсей, Костей и Женей.
Но бывают и родственники, которые страшнее кредиторов.

И если пойти ещё дальше. Взять, например, семьи наших одноклассников. Ведь их выбор спутников жизни, очевидно, обусловлен и теми качествами и теми характеристиками, которые ценились всеми нами, в школе. Одноклассниками.
Значит, супруги наших одноклассников, их семьи, тоже чем-то близки всем нам.

Продолжаем арифметику.
Сорок одноклассников, да их «ближний круг» каждого. Получается, минимально три тысячи человек.
Что-то у меня с математикой? Или все правильно?
Да, все правильно. Я проверил на калькуляторе.
Три тысячи человек.
Маленький город в Европе.

Ух! Вот это я досчитался.

Конечно, нас всех разбросало по жизни. Разные страны, даже континенты. Разные условия жизни и обстоятельства.
Разумеется, обстоятельства довлеют над всем.

Мне кажется, что если бы после школы, мы не теряли бы связи между собой. То многие обстоятельства можно бы было преодолевать проще.
Естественно, что каждый строит свою жизнь по своему усмотрению. И сам старается разобраться в возникающих ситуациях.
Но мы всё равно обращаемся к кому-нибудь за помощью. Когда действительно в ней нуждаемся.

А тут, люди, которых знаешь не один год. И знаешь по детству. По периоду, когда наши души и наши жизненные устои ещё не обросли всеми теми защитными свойствами, которые обязывает нас иметь сама жизнь.
Немного сумбурно.

Я хочу сказать, что в детстве мы ещё не могли полностью прятать свои истинные эмоции, мотивы и качества.
И эти все характеристики каждого, они остались в человеке, но просто жизнь заставила нас приспосабливаться. Где-то мы подавили свое благородство. А когда-то вынуждены были поступиться принципами. Тут можно анализировать до бесконечности.

Главное в этом, что именно то, что мы о себе и о своих одноклассниках знали в школе, это никуда не делось в этих взрослых дядьках и тетках. Оно все просто находится под налетом обстоятельств и жизненных ситуаций.
Мог кто-то сломаться, и перестать быть тем школьником в душе? Конечно, мог. Ведь мы же все, всего лишь люди. А не машины.
Но в большинстве своём, это все там внутри у каждого, где-то есть.

Так вот. Если бы мы все имели такую возможность, обратиться за помощью к своим одноклассникам, тогда, когда это требовалось. То и помощь бы пришла. И результат, возможно, был бы иной.

Но что-то я все, если бы, да кабы.

Нужно жить в реальности.
Да, конечно.

Так вот о реальности.
Нужно кому-то обязательно посоветовать. Всем выпускникам. Иметь, и постоянно обновлять контакты друг на друга. И вообще наладить какую-нибудь базу данных одноклассников. Разумеется, такую базу — локальную, только для своего использования. Но обязательно максимально полную и актуальную базу данных. Сейчас, в период Интернета. Это сделать совсем просто.

Потому, что в этом есть огромный потенциал.
Посмотрите на мои цифры, и прочитайте ещё раз мои размышления.

И поэтому, мы обязательно сделаем все и даже ещё больше, чтобы встретиться на наш юбилей и создать, пусть через двадцать пять лет, но все-таки. Создать такую базу данных своих одноклассников.

ГЛАВА 21. ШПИОНСКИЙ ДЕТЕКТИВ. ЧАСТЬ 1.

Сидим мы себе в зале люкса на двадцать третьем этаже. Борис пристроился в баре и чего-то там смешивает и потихоньку выпивает. Женька с Костей уставились в ноутбук, а перед этим я три часа объяснял им как этой штукой пользоваться. Хорошо хоть здесь Интернет беспроводный — Wi-Fi. А то бы пришлось ещё объяснять, как подключаться к Интернету.
Ну а мы с Люсей на лоджии в шезлонгах и с мартини, беседуем уже почти что целый час.
Вчера мы катались по морю, ныряли с аквалангами и были на рыбалке.
А сегодня все устали и вот собрались в одном номере, что бы обсудить сложившиеся обстоятельства.
Но никому нет дела до обстоятельств. Даже мы с Люсей разговариваем о своих воспоминаниях, переживаниях и жизни после школы.

Нам уже сказали, что всех нас вызвали сюда и собственно собрали вместе, не просто так, а для дела. И мы все, конечно, озадачены. Что это за дело, и почему, и зачем? Время от времени они, все, задают мне эти вопросы. Но особенно не заботятся о сути происходящего. Уж больно мы все рады видеть друг друга, и рады, что у нас есть время побыть вместе.

Но тут позвонили в дверь, и Борис пошел спросить – кто беспокоит. Так как, от гостиничного сервиса приходили всего час назад, и пока, мы ничего больше не заказывали. И это вообще-то его номер.

Назад он вернулся в сопровождении Марата Камчаткина и ещё шести человек.
Я понял, что время отдыха закончилось, и позвал Люсю в комнату.

— Приветствую всех вас от имени и по поручению руководства нашей компании на этой прекрасной земле и в этом роскошном отеле.
Так он начал свою речь.
— Я думаю, что мы предоставили вам достаточно времени, что бы выплеснуть ваши эмоции от встреч с вашими друзьями. И если позволите, предлагаю перейти к делам насущным.
Он расположился на диване посреди зала, открыл свой портфель. Как-то по хозяйски, расположился. А, ну точно. Как же я мог забыть. Ведь они же все оплачивают.
Что-то я тоже расслабился. И упустил из виду тот факт, что мало того, что я позволил им собрать нас всех здесь. Так, они еще и оплачивают все наши развлечения, и проживание.
Видимо, обратного хода уже нет. Вот, что было главным их козырем. Что мы не сможем устоять от искушения встретиться и побыть вместе.
Ну, теперь уж будем играть по их правилам. Хотя, нужно бороться до конца.

А Камчаткин, тем временем разложил свои папки и бумаги на столике у дивана. Его люди расположились кто — где. Мы с Люсей плюхнулись на другой диван – напротив того, который был в центре зала. Константин и Евгений переместились в кресла. Один Борис почему-то стоял у стены с бокалом чего-то яркого.

— Евгений. Камчаткин посмотрел на Женю и кивнул ему приветствуя.
— Константин. К Косте.
— Людмила. К Люсе.

— А я, Марат Камчаткин. И это все мои помощники. Их я представлю позже.

— Борис, вам, наверное, тоже лучше присесть.
Произнес опять Камчаткин.

— Боитесь, что от услышанного, не устою на ногах или думаете, что уже набрался?
Отпарировал Борис.

Камчаткин даже взглядом его не удостоил. Борис все-таки притащил себе ещё одно кресло из спальни и наконец-то уселся в него.
— Леночка, будь добра, организуй всем напитки, пожалуйста. И убавь на пару градусов температуру в комнате.
Обратился он к одной из своих сотрудниц.
Самая молодая, из вновь прибывших, встала и начала обходить всех, с вопросом о предпочтениях в напитках.
А мы сидели и рассматривали эту компанию. Что было удивительно, что кроме этой Леночки, среди них были ещё три женщины. Вернее две женщины – где-то тридцать – сорок. И девушка – ну явно до тридцати. Причём, мне лично они все кого-то очень смутно напоминали.
Я увидел, что и Константин с Женей рассматривают этих троих тоже с нескрываемым удивлением. И даже Борис не сводил с них глаз, хотя и поглядывал как-то с вопросом на меня.
Оба оставшиеся мужчины были явно старше нас по возрасту, но, правда, не намного, года на два-три. И Люся уставилась на одного из них и явно хотела что-то спросить. А у другого, в ухе торчал провод от наушника или от микрофона, и он постоянно подносил руку к этому уху. Скорее всего, охранник.
Когда же Леночка закончила обходить всех и взяла телефон, что бы связаться с сервисом. Марат Камчаткин, жестом указав ей на другую комнату начал свою речь.

— Я предлагаю такой регламент работы:
Сначала я излагаю, а вы все слушаете.
Потом вы задаете вопросы – а я на них отвечаю.

— Леночка, диктофон, пожалуйста.
Леночка уже закончила переговоры с сервисом и доставала из саквояжа какую-то аппаратуру.
Камчаткин продолжил:
— Диктофон для того, что бы вы могли послушать потом нашу беседу ещё и самостоятельно, ну и для протокола конечно.

Никто не стал выступать ни против регламента, ни против диктофона. Все только изредка поглядывали друг на друга. Даже Люся чего-то притихла.

Я все-таки решил внести разнообразие в этот монолог Камчаткина и как-то все-таки поддержать своих друзей. Ну и нужно было хотя бы показывать, что мы без боя не сдадимся.
— Мне кажется. Сказал я.
— Что мы договаривались. Что. Прежде всего, вы расскажете, кто вы такие и кого представляете. Мы должны знать, с кем же все-таки мы имеем дело.
— Попрошу вас сначала о вашей организации, а потом уже можно излагать.
— И ещё, раз уж регламент, то нужно оговорить время на перекур, ну и что бы нам обменяться мнениями.
— Не забывайте, пожалуйста, что если мы с вами имеем опыт в подобном общении, то мои друзья просто не обязаны иметь такой опыт. Нам нужно время, что бы нас ни нервировал ваш официальный тон и вся эта напряженная ситуация.

Как раз в этот момент снова позвонили в дверь. Уже Леночка полетела открывать. Это оказался сервис. И пока всем расставляли напитки, Марат Камчаткин молча рассматривал каждого. Всех, но кроме меня. Когда же девочка из сервиса удалилась, он, снова взглянув на меня, сказал:
— Конечно. Вы правы. Перекуры по желанию. И сначала о нашей организации.
— Можем начинать?

— Сначала перекур.
Был в своем репертуаре Борис.
Мы все встали и двинулись на лоджию.

ГЛАВА 22. СНОВА БОРИС.

Петербург.
Да, в Петербурге нам пришлось не сладко. Все началось с того, что мы все не поступили в институт. Кому-то не хватило проходных баллов, кто-то просто завалил вступительные экзамены. Но, так или иначе, мы все оказались перед выбором – возвращаться назад, или пытаться как-то закрепиться здесь.
Галина Ш. как-то сразу выскочила замуж.
Галка нашла там какую-то сестру и жила у неё.
А мы, все четверо, Борис, я, Игорь Б. и Марина З. пошли учиться в техническое училище. Там давали общежитие и стипендию. Только Марина пошла в другое училище – не в то, в котором учились мы трое.

Ну и конечно Петербург. Белые ночи, большой город, культура, разводные мосты.
Бары, дискотеки, музеи, поездки по области и в Прибалтику.
Учёба была пустяковая, много свободного времени. Стипендия – то есть деньги. И общежитие – то есть крыша над головой.
Что ещё нужно молодым ребятам, что бы получать удовольствие от жизни.
Возможности. Да, вот эти возможности нам и давал Петербург. С его многообразием жизни.
Разумеется, что мы с Борисом, практически не расставались ни на час. Мы даже в общежитии жили в одной комнате.
И там же, в Петербурге, и у меня, и у Бориса случились первые…
Как бы это назвать?
В общем, я встретил девушку своей мечты, свою судьбу. И Борис повстречал свою первую любовь.
И дальше…

Но это уже другая история. Вернее другие истории.

Год пролетел незаметно. Мы окончили училище и должны были работать на заводах Петербурга. Вот это было уже испытание. Стоять у станка целую смену, а потом опять круговерть развлечений.

Но Бориса и Игоря забирают в армию. И наша компания распадается. Мне не оставалось ничего иного, как поступить учиться в военное училище. Что я и сделал.
На этом мои контакты с Борисом обрываются.

Я знал, что после армии он вернулся в Петербург и закончил институт. Так, прибавим шесть лет. Два, в армии, и четыре в институте.
Но в результате, он все равно вернулся в свой родной город. Туда, где мы учились в школе.

Игорь куда-то пропал после армии.
Марина, поработав пару лет после училища в Петербурге, тоже вернулась на родину.
Так вот, незаметно, этот период нашей жизни закончился. И какое-то ощущение осталось непонятности. Да, было много событий, приключений. Но как-то все подавляется финалом. Финал, — который разлучил нас всех, и продолжения не последовало.
Детство закончилось окончательно. И детская, школьная дружба, как бы отошла на второй план. Если не сказать, что отошла совсем.

А еще, нам стало известно, но уже гораздо позже, что Петербург не был до конца нашим выбором.
Фантастика, да?
Оказалось, что нет, не фантастика. А самая обыкновенная советская реальность.
С нашими родителями, практически со всеми. Буквально в период принятия решения о том, куда мы идем после школы.
Беседовали какие-то люди. Одних вызывали в большое серое здание. К другим приходили прямо домой. Это рассказали нам родители через пятнадцать – двадцать лет после нашего выпуска из школы. Каждые, при своих обстоятельствах. Но, каждые – абсолютно достоверно.
Так вот.
Мне, Борису, Игорю Б. и девчонкам – Люсе, Марине З, Галине Ш. и Галке, настойчиво рекомендовали уезжать подальше.
Евгению, Константину, Марине К. и еще нескольким – уезжать из города, но не далеко, что бы всегда была возможность вернуться.
Остальным же было практически приказано остаться в городе.
Хотя ко многим никто и не приходил, и ничего не рекомендовал.

Как видно, практически все исполнили эти рекомендации.
Но, наверняка, наши желания просто совпадали с этими рекомендациями.

Так, что и Петербург. И возможно то, происходило там с нами.
И то, что происходило с теми, кто не послушался этих рекомендаций. Или не мог послушаться.
Это всё не просто наша судьба. А судьба, которая была искусно подправлена, чьей-то умелой рукой.

ГЛАВА 23. ШПИОНСКИЙ ДЕТЕКТИВ. ЧАСТЬ 2.

— Мы всех вас здесь собрали, для того, что бы подготовиться к тому делу, в котором вы будете участвовать, фактически празднуя ваш двадцати пятилетний юбилей выпуска из школы.
— Да, мы собираемся помочь вам организовать празднование вашего двадцати пятилетнего юбилея выпуска из школы. Только и всего.

— Это, скорее всего отвлекающие маневры. Сказал Евгений.
И я понял, что мои друзья начали успокаиваться. Напряженность прошла.

— Нет, отнюдь нет.
Ответил Камчаткин.
— Во всяком случае, для всех вас. Это будет именно, и только празднование вашего юбилея. Потому, что это – «настоящая» правда. И именно поэтому ваше поведение будет естественным и предсказуемым.
Просто, эта почти идеальная ситуация, когда вы, как одноклассники имеете полное право отмечать свой юбилей. Никто и не усомнится в правдивости и смысле ваших намерений.
А вот уже наш интерес в этом во всем, мы постараемся удовлетворить максимально, так же как и ваше празднование будет максимально возможным по яркости и эффекту.

— Эти люди, которые также здесь присутствуют – это наши люди, которые будут работать с вами.

— И как вы себе это представляете. «Мы привезли с собой наших друзей, что бы они тоже отпраздновали наш юбилей»
— Так что ли?
Задал свой первый вопрос Константин. Ему нужно было действовать, а он не мог понять, куда ведет эта игра, предлагаемая этими любезными господами.

Камчаткин невозмутимо выслушал это вопрос и ответил:
— Они будут там, в качестве ваших супругов.

Минуты две длилось полное молчание.

— Ага, а кто будет моей женой?
— Леночка – да?
Это опять Борис.

— Нет, Борис.
Ответил Камчаткин.
— Вы единственный, из здесь присутствующих, кто постоянно живет в этом городе, и все знают, что сейчас у вас нет постоянной спутницы жизни. А к варианту, что вы из отпуска привезли с собой молодую невесту – мы не готовы. Поэтому, к вам в гости, за неделю до юбилея приедет ваша знакомая из Петербурга. И вы правы – это будет действительно Леночка. Прошу любить и жаловать.
— Леночка у нас является администратором. И именно эти функции она и будет выполнять на вашем юбилее. Она будет решать все проблемы. Разумеется вместе с вами – Борис. Но об этом потом, в частном порядке.
— Сейчас же позвольте мне продолжить об общей концепции.
Он глотнул какого-то напитка и полистал свои бумаги.

— Собственно наши люди и будут делать всю работу.
— А ваша задача обеспечивать прикрытие, вернее отмечать свой юбилей, не думая и не заботясь ни о чем.

Он встал и начал ходить между нами, как учитель на уроке, с листами в руке. Конечно, это одна из разработок их психологов. Мы – ученики, он – учитель. Эффектно.

— Вы – это одноклассники, которые собрали всех остальных одноклассников, в вашем городе, для встречи через двадцать пять лет после выпуска и для празднования этой даты.

Конечно, вы посетите вашу школу, заранее пригласив на эту встречу ваших учителей, а также представителей организаций, которые помогали вашей школе.
Разумеется, вы окажете спонсорскую помощь, и вообще будете преподносить много подарков. Для этой задачи, вы два года назад создали фонд, куда попадали разные деньги, и от вас в том числе. И вот теперь вы их можете тратить. Вернее – эти деньги для этого и предназначались.

Будут интервью с газетами и местным телевидением. Будет встреча с городскими властями и с ветеранами.
Конечно, и о коммерческой стороне вы позаботитесь. Один из ваших супругов будет являться вашим представителем по прессе. И будет оформлять все авторские права, и заключать контракты на размещение информации о вашем юбилее. А Леночка – начинающий журналист. И она будет все снимать на видео, и фотографировать и записывать на диктофон.

Также будет несколько обедов и ужинов в лучших заведениях города.
Вам будет предоставлен транспорт, и для групп и для отдельных, личных, поездок. И средства связи и несколько портативных компьютеров.

Вы совершите путешествие по вашему любимому озеру. И устроите несколько пикников в разных местах. Посетите все памятные для вас места.

И даже торжественно водрузите памятную доску о вашем выпуске на стене вашей школы.
Будет праздник и очень много людей будет в него вовлечено.
Вы очень хорошо подготовились к этому празднику, и вы его проведете с соответствующим размахом.

Полная программа всего планируемого мероприятия ждет вас в ваших номерах.

— Так, так… Перекур, пожалуйста. И напитки у нас кончились. А я бы съел какой-нибудь сэндвич или пару бутербродов с бужениной.
— Пошли на лоджию.
Это уже Евгений, вижу, есть вопросы, которые мы должны обсудить между собой.

ГЛАВА 24. МАРАТ КАМЧАТКИН И КАК С НИМ БОРОТЬСЯ.

Он сдержал свое обещание и рассказал, кто он собственно такой, и кого он представляет. И это оказалось все, довольно просто.
Конечно, он не стал называть ни фамилии, ни реальные адреса и названия. Сославшись на то, что нам это знать ни к чему. Потому, что мы к их делам никакого отношения не имеем. Ни прямо, ни даже косвенно. Мы участвуем в одном проекте, который осуществляет их организация, и участвуем в качестве массовки. Как в кино. Массовка в основном и не догадывается о чем же все-таки фильм. Хотя знает и рабочее название и понимает общую тематику. Ну, там, боевик, триллер, современная эпоха или древняя история. Общие направления.
Так и мы, мы знаем, что действие происходит в нашем городе, в наше текущее время. И что мы празднуем юбилей своего выпуска из школы. А все остальные детали – кто режиссер, кто звукооператор и композитор. Нам абсолютно все равно. Вон тот дядя – режиссер, а вон та тетя – продюсер.

И в этом я с ним согласился. Лишние подробности нам ни к чему. Но мы же должны знать, какую все-таки цель преследует это действие, в котором мы участвуем. Что если оно идет в разрез с нашими убеждениями, религиозными или нравственными. Да и ущерб мы тоже можем своим участием, помогать наносить. Какому-нибудь государству или просто людям.
Мы должны знать и разбираться в этом досконально. Что будет в результате наших действий достигнуто?

Он не возражал. Да, имеете право знать. Да, должны разбираться и понимать, что бы верить в успех и правоту своих действий.
И он начал рассказывать.

По окончании второй мировой войны в распоряжение нескольких разведок попали материалы, которые говорили о том, что в разных странах велись исследования и даже разработки оружия. Это конечно не новость. Все что-нибудь да разрабатывали.
Но это оружие отличалось от остальных тем, что по своей технологичности оно намного опережало свое время. То есть, непроверенные физические явления, противоречащие современным законам аномалии, и вообще фантастические гипотезы. И самое страшное, что в трех странах все эти страшные для человечества попытки создания уникального оружия велись, не смотря ни на что. Создать сверхоружие любой ценой. Не оглядываясь на последствия и на игры с физическими основами мироздания. То есть, кто-то, не понимая, что он создает. Или, понимая, но, игнорируя возможные последствия, все-таки пытался это создать.
И он не был один. Три такого рода лаборатории в разных странах вели создание чего-то ужасного. А одни уже даже приступили к изготовлению экспериментальных образцов.

Вот тогда то и кое-какие светлые головы создали, сначала межгосударственный комитет, нечто вроде договора между разведками нескольких стран. Но позже эта организация перешла в частные руки. И во главе сейчас стоят несколько крупнейших ученых мира. А финансирование идет из разных источников. Большая часть – это государственные субсидии нескольких стран. Но есть и частные инвесторы.
Разумеется, у нас есть свои лаборатории, где мы определяем целесообразность вмешательства.
А наша информационная система получает львиную долю информации от разведок всего мира, но и наши возможности тоже очень велики.
Есть у нас и оперативные подразделения. И школы. Полигоны. М много чего ещё.
Пресс-релиз о нашей организации содержит сто шестьдесят листов. Но доступен он естественно далеко не всем.

О самой истории нашей организации, наверное, достаточно. Хотя по странному стечению обстоятельств вы были у истоков начала её деятельности.

Я, конечно, изобразил бесконечное удивление. Но не произнес ни слова.

Действительно, первой достаточно крупной операцией был проект «Терра».
До этого, нам приходилось предпринимать активные действия по предотвращению случаев появления неизученного оружия в нескольких странах. Но это всё были незначительные операции, фактически разовые акции. Локализовались и ликвидировались они довольно просто и быстро.

Но в этот раз очередное сверхоружие должно было появиться в Советском Союзе. А об уровне секретности и о возможностях этой страны вам рассказывать не нужно.
Мы получили сигналы только тогда, когда уже готовились начинать экспериментальные стрельбы.
Естественно, традиционными средствами мы уже не могли вмешаться. Помешать эксперименту могли только изменения настроения по отношению к этому оружию, в руководстве Советского Союза.
Что мы и выполнили, и результат оказался самым надежным. Эксперимент отменили и разработку этого типа оружия прекратили.

Как вы во всем этом участвовали, спросите вы. Очень просто. Первая и главная линия воздействия шла именно через ваш класс.

— Вот это да!
Не удержался я. И каким же образом? Ведь мы ничего такого не делали. И об этом оружии узнали только из газет. Да и то лет через десять.

Для того, что бы поменять настроение советских руководителей, нужно было превратить эту козырную карту, спрятанную, абсолютно секретную, неизвестно что в себе таящую, и поэтому страшную, во что-то более-менее понятное. Тем самым этот азарт помахать лазерным мечом пройдет, и сама надобность в нем пропадет. Страшно только тогда, когда не понятно.
Расчеты наших аналитиков, как вы видите — оправдались.
Как только немного информации об этом «чудо» оружии стало появляться. Вообще стало известно, что там есть оружие. И самые нелепые слухи поползли по свету. Так настроение Советских генералов сразу стало меняться.

— Ну а мы то, тут причем?
Опять спросил я.

— Ещё не поняли? Издевательски протянув, спросил Камчаткин.
— Тогда рассказываю в деталях.

Как бы чисто не работали секретные службы, информация всегда утекает. Но утекает куда? Конечно же, в семьи работников. Там она обрастает ореолом неправдоподобности, потому, что передают её дальше дети. Поэтому, большинство секретных служб мира допускает такую утечку.
Но в этом случае именно фантастичность, детское фантастическое отражение реальности и нужно было нам.

Как её получить. Только внедрившись в школу.
В вашем классе училось девять ребят, родители которых прямо или косвенно имели отношение к этому проекту.
Больше всех в вашем городе, на тот промежуток времени.

Мы внедряем к вам в класс своего человека, и он быстренько, всего за пару недель приносит нам все необходимые сведения.
А дальше мы просто сыграли на отношениях к информации и к реальным угрозам, и к информации об этих угрозах. Два правительства и две секретные службы активно вели «боевые действия» — чья же информация правдивее, а кто хитрее.
Дважды американцы устраивали провокации для Союза – ну стреляйте же. Дважды Союз заявлял о намерениях сначала сбить спутник, а потом просто ослепить его. Но в результате ни тот ни другой не воспользовались своими картами.
Это, конечно только общие фразы и естественно все это только выглядит, так вот просто и понятно.

Но, результат превзошел все ожидания. Равноценного успеха от наших миссий такого уровня больше не было.

— Вы спросите, кто? Ну же, кто в это время появился у вас в классе? Да, только один человек, вернее одна девочка – Лена Ч.

Я был в шоке. Теперь вся её странность и необычность стала понятной и объяснимой.
— Я могу сам? Спросил я.

Получив согласие, я продолжил.
— Она втерлась ко всем практически в доверие, участвовала во всех наших внешкольных мероприятиях, бывала у всех дома, и не раз. Все ей все рассказывали. И она постоянно обо всем расспрашивала. Ведь «новенькая» же. А потом она внезапно заболела и после вообще уехала. И этот старшеклассник, и эта её спортивность. И этот её эпатаж.
Но как? Она что была шпионкой в пятнадцать лет? Это невозможно.
Я затряс головой, не в силах поверить в такую ужасную правду.

— Нет, конечно. Ответил Марат Камчаткин.
— Это её родители. Она им просто помогала в работе. Её подготовки было достаточно, для того, что бы выполнять функции по сбору информации. Ну и естественно мы, все. Наша подготовка и проработка операции. Я тогда тоже учился в школе, в нашей, специальной школе, где училась и она, но только она училась на пять лет старше. То есть я оканчивал школу через пять лет после неё. И поэтому я плохо её знал по школе. Но она была звездой первой величины до самого выпуска.
Само собой в процессе подготовки к нашей текущей операции мы неоднократно консультировались у неё. Да и сама идея, привлечь снова вас, принадлежит ей.

Нет, сама она не участвует в операции. Полтора года назад она вынужденно ушла на пенсию. Да, на нашу пенсию. Поэтому её здесь нет, и в проекте она не участвует.
И сейчас ситуация значительно проще. У нас было время подготовиться. И сейчас у нас достаточно времени, что бы решить все поставленные задачи.

ГЛАВА 25. КАК МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ.

Прилетели мы в Дубай, доехали до гостиницы. Камчаткин сказал, что у него ещё встреча. А я направился прямиком оформляться для проживания.
И вот вхожу я в холл. Большой такой зал, даже несколько залов. Бассейн с фонтанами, пальмы, какие-то цветы везде. Красиво и как-то значительно. И много разных диванов, кресел, столиков, а народу как раз немного. Тут парочка, там семья и везде обслуга, сервис в униформе.
Слышу, кто-то по-русски говорит. Так это, не очень громко, но как-то настойчиво и требовательно.
Прохожу ещё пару метров, и так за колонной, вижу картину. Трое ребят в униформе, все местные. То ли черненькие, то ли арабы, сразу не поймешь. Стоят, как на параде, один возле другого, в шеренгу по одному. Все улыбаются, у одного поднос в руках, а на нем пустая рюмка. И смотрят на человека, который сидит перед ними на диване, за низеньким столиком.
А на этом столике стоит рюмка водки и штук восемь — десять маленьких тарелочек с разными видами овощных салатов. Но какие-то все они зеленые.
И тут я слышу слова.
— Потом щепотку соли, можно добавить корицы, укропчику и лавровый лист. И можно закручивать. А вы знаете, как банки-то закручивают?
Я понимаю, что эти трое ничего не понимают, и поэтому направляюсь к ним, что бы хоть чем-то помочь.
Подхожу ещё ближе и вижу, что этот мужик на диване, не кто иной, как мой Борис.
Вот это номер!

— Борис, это ты?
Естественно вырывается у меня.

Он поднимает глаза на меня.
— А. И ты тоже здесь.
— Слушай, я этим идиотам уже целый час объясняю, что я хочу маринованных огурчиков к водочке. Они мне притащили всякой зеленой дряни, а я не знаю, что это такое.
Скажи им про огурчики. А то сегодня эта девчонка, которая по-русски говорит, из обслуги, не работает. Так я прямо умаялся с ними тут объясняться.
— Огурцы, понимаете, огурцы.
Это он им опять.

Пришлось мне поставить свой чемодан к дивану. И объяснять этим ребятам, какие именно огурчики он хочет.
Конечно, они все трое сразу убежали, довольные, что наконец-то могут принести грустному господину именно то, что он хочет. А то они ему уже все закуски из бара принесли. И сейчас побегут в ближайший ресторан за этими огурчиками. Спросили, а что это он всё время руками показывал, какие-то движения. Я объяснил, что он их учил, как мариновать огурцы. Они посмотрели на меня, ну прямо как на Бориса. Пришлось мне добавить – Русская традиция, водка и маринованные огурчики.
Это их ещё больше вдохновило, что теперь они всем русским будут предлагать их традиционную закуску к водке.
Я же попросил одного из них оформить мое проживание, отнести мой чемодан в номер и принести мне чего-нибудь холодного, но без алкоголя.
И сел на диван рядом с Борисом.

— Чего, так все плохо, что на водочку потянуло?
Спросил я, потому, что с Борисом мы виделись всего год назад. И я в принципе был готов к тому, что увижу здесь его.

— А, достало меня уже всё.
Вздохнул Борис.
Тут принесли на тарелочке четыре огурчика и мне какой-то напиток.
Борис довольный, опрокинул водку и закусил огурчиком.
— Да. Это то, что нужно.
— Спасибо, слава богу, не прошло и пол года. Сказал он, улыбаясь официанту. Тот счастливый удалился.

— Знаешь, я тут уже неделю кочевряжусь. Жара страшная, округу я всю уже объездил, ничего особенного. В казино меня уже не пускают – чего-то говорят про статус. А чем ещё тут заниматься?
— Я же по-английски всего-то ничего. Хорошо в аэропорту встретили с табличкой и привезли сюда. А тут эта русская девчонка через день работает. Так пока она тут, у меня и экскурсии, и поездки, и развлечения, машину брал напрокат — кабриолет.
А без неё – они же ничего не понимают. А водка – она и здесь водка.
Мне когда путевку вручали – сказали, что русскоговорящий гид и все такое.
Я же выиграл путевку – ну знаешь сейчас реклама такая. Кто-то выигрывает путёвку, а потом они трубят об этом целый год. И народ к ним валит.
Так думал всё будет по-человечески, будет сопровождающий, будут везде фотографировать. А тут, привезли и бросили. Хорошо хоть карту дали, везде ей расплачиваюсь, а девчонка эта сказала, что там нет лимита. А в казино не пускают. Я там, в первый раз пятнадцать тысяч выиграл. Потом проиграл двадцать. И теперь не пускают, сволочи. Хотел отыграться – а они все статус, статус.
Что, блин, за статус такой.
Ты мне можешь объяснить.
И вообще, а ты чего тут делаешь?
Позавчера приперлись Женька с Костей. Так Женька по-английски лопочет. И они где-то второй день пропадают. Правда, в день приезда посидели вечером. Я же их лет пять не видел.
Да, а вчера Людмила приехала.

— Как, Людмила – Люська что-ли?
Не выдержал и спросил я.

Да. Твоя Люська. Вон там, у того дальнего бассейна лежит, загорает. Часа два, как мимо прошла. Такая вся прямо «леди» стала. По-итальянски болтает. Там какие-то итальяшки к ней вчера приставали – ходил разбираться. По-русски ни черта не понимают, а туда же, руками машут, как пропеллером. Ну, я им как мог, объяснил, что эта женщина здесь со мной, и если чего-то не так, то «мало не покажется». Отстали.
Сегодня она там с какой-то подружкой. Итальянка, что ли?
Я вчера был с языком, ну эта русская вчера работала. Так я с Людмилой мало пообщался – на сегодня договорились. Сейчас вот собирался к ней идти. А, блин, надо же сходить в номер переодеться.
Пойдешь со мной – или как?

— Да, давай минут через пятнадцать опять тут встретимся и пойдем к ней. Я пока узнаю, когда будут Женька с Костей, и тоже переоденусь во что-нибудь пляжное. Полотенца, где брать?
Ответил я Борису.

— А чёрт его знает. Я пару раз на пляже был. Так все время кто-то приносил.
Продолжил удивлять меня Борис.

— Хорошо, я тоже спрошу. Поехали.

Оказалось, что Женька с Костей сегодня не приедут. Они ночуют где-то в пустыне. Сафари на джипах. А завтра к обеду их привезут обратно.
— А! Видел я их пустыню. У нас ещё лучше. И джипы у нас не хуже.
Сказал Борис.
Занесло патриота в чужие края. Подумал я.
— А статус у тебя ВИП. Особо важная персона. Поэтому в казино тебе дали и выиграть и проиграть. Но на этом хватит. В казино, у них там свои статусы. Но теперь тебе скучно не будет – за это я ручаюсь.
Рассказывал я Борису, пока мы шли к Людмиле.

— Ты давай, веди, а то я, то её и не узнаю. А ты её видел уже сегодня.
Я, конечно, нервничал – девятнадцать лет не виделись. Итальянка. Кошмар.

— Да вон она, под тем фикусом. Сказал Борис, указывая на двух женщин под пальмами.

Она, увидев нас, встала с лежака, накинула халатик и пошла к нам навстречу.
Действительно, она очень похорошела. Все такая же стройная и какая-то холеная, ухоженная и довольная. Идет и улыбается. Прямо как в школьные годы. Я от переживаний даже замедлил шаг.
— Здравствуй, это правда, ты? Сказала она. И протянула обе руки, давая понять, что хочет меня обнять.
— Да, это я. Здравствуй Люся. Выдохнул я ей на ухо, обнимая её.

Она отстранилась, не выпуская моих рук, и так пристально посмотрела мне в глаза. И несколько секунд мы смотрели друг на друга и молчали.
Но все было ясно и без слов.
Я простил, она простила. Я тосковал – она скучала. И ещё много чего сказал нам этот недолгий взгляд…

— Мне нужно сесть. Сказал я.
— То ли перелет и дорога меня доконали. То ли волнения уже не по годам.
— Давайте где-нибудь сядем.

— Да. Ответила она.
— Здесь рядом отличный бар, там можем посидеть. Только я объясню ситуацию своей подруге. Окей?

— «Мадонна миа». «Сеньора Люция». «Окей».
Решил пошутить я, что бы хоть немного разрядить обстановку.
Она засмеялась. И её смех был точно таким, каким я его помнил. Девчонка, с которой я сидел за одной партой.
— Ты говоришь по-итальянски? Спросила она.

— Нет, но надеюсь, твоя подруга понимает английский или немецкий и я смогу ей объяснить, что Борис и я – это друзья. А то после той истории с итальянцами, когда Борис по-русски объяснял, что ты – его женщина, я думаю, она будет за тебя переживать, без наших объяснений.
— Какой ты стал галантный и тактичный. Хотя ты всегда таким был.
Весело поддержала она меня, и мы все втроем объясняли её подруге, что мы будем тут рядом в баре. Она оказалась совсем не подругой, а соседкой по номеру. И она действительно уже начинала волноваться за сеньору Люцию. Опять этот русский и с ним ещё новый господин. Но мы её успокоили и направились к бару.

Мы разговаривали часа два.
Обо всем, о её жизни, о детях, о её муже – итальянце, о моей жене и работе. И казалось, этим разговорам не будет конца. Какая-то временная волна нас накрыла и перенесла в прошлое, только мы там были такие как сейчас. Взрослые, повидавшие мир и жизнь.
Борис принимал участие в беседе, пока Люся рассказывала о себе. Когда я начал рассказывать о своей жизни он как-то отвлекся. Ну да, про меня то он все знает. Начал заигрывать с молодой официанткой и в результате переместился к ней за стойку бара.

Люся взяла меня за руку. Как тогда на набережной, в ночь нашего выпускного бала. И сказала:
— Ты действительно меня простил и понимаешь?

Что я мог сказать? Что да, конечно простил, или что важнее её прощение. Что понять этого, все равно не дано. Потому что. То, что было – это было. И классифицировать наши отношения мне не удавалось ни разу. Да что уж тут понимать.

— Конечно. Сказал я.
Тем более что гораздо важнее, что ты счастлива, и что мы снова вместе.

— Да. Ответила она.
— Это действительно важнее. И меня очень радует, что ты стал таким серьезным, значительным человеком, но не утратил той теплоты, которая была в тебе в годы нашей школы.

И это означало мир. Мир между нами, мир у меня в душе. Потому, что наша незаконченная пьеса с Люсей, постоянно оставляла у меня ощущение какой-то моей ошибки. Какого-то плохого моего поступка в прошлом.
А теперь эта пьеса продолжается. И даже тональность та же. Ритм немного изменился и аккорды модернизировались.
Но мы же все-таки в нашем времени. Не будем верить до конца фантастическим перемещениям во времени.

Мы также выяснили, что её муж устроил ей эту поездку, как подарок к какому-то их юбилею. И что она ему безмерно благодарна, но она никак не ожидала встретить тут всех нас.
— Это какое-то чудо. Женя, Костя, Борис и вот теперь ты.
— Наверное, это ты все подстроил, и с мужем моим договорился.

И мы говорили и говорили. А звонка на перемену все не было.

А на завтра я встречался ещё и с Женей и Костей.

Что-то я поздно вышел завтракать, то ли сказалась усталость от последних дней, то ли встреча с Люсей мне не давала долго уснуть.
Я завтракаю, а тут ко мне направляются два здоровых таких мужика. Оба улыбаются и о чем-то переговариваются между собой.
И если бы не эти их улыбки – я бы не за что их не узнал. А улыбки были именно такими, какие были у Жени и Кости.
Да, это они. Немного красноватые, наверное, сгорели. Но энергичные и довольные.

— Ты то, тут каким боком оказался. Это Костя.
— Ну, здравствуй, здравствуй. Это Женя.

Мы обнялись, и они продолжали стоять и похлопывать меня по спине, каждый со своей стороны.
— Ну, ты даешь!
— И Борька здесь!
— И Людмила!
— Что тут происходит?
— И чьи мы деньги тут тратим?
— Быстро признавайся!
— Ты все это организовал?
— Ты, что стал таким богатым?
— А где твоя жена?

— Меня вызвали на конференцию. Дорогу и командировочные оплачивает Министерство обороны. Как тебе это удалось? А тут нам выдали безлимитные карточки.
Это Евгений. Все должно быть понятно и взвешенно.

— А меня пригласили на встречу наши компаньоны из Норвегии. Я думал, будем бизнесом заниматься. Притащил кучу бумаг. Ты, что решил снова в бизнес вернуться? И причем тут Норвегия?
Это Константин. Энергия и напор.

Все, как и раньше.

— Дорогие мои. Я очень рад вас видеть. Несмотря ни на что.
— Одно могу сказать с уверенностью. Это не я. У меня такая же вот карточка – вот смотрите.
Я показал им карточку. Они достали свои.
— Да, точно. Банк тот же. Нужно с этим разобраться.
Это снова был Женя.

— Да, ладно, успеем. Пошлите куда-нибудь, выпьем за встречу, только я найду Бориса и Люсю.
Я пошел к стойке сервиса, а они направились к выходу и остановились там, в ожидании меня.

— Через двадцать минут они оба подойдут к морскому ресторану. Пойдёмте тоже туда.
Сообщил им я и жестом указал направление.

— Так подожди. Нас кто-то встречал, и они говорили по-русски. А в отеле только знакомая Бориса говорит по-русски. Можно поискать этих людей.
Сказал Женя.
— Да, а я могу позвонить себе в офис и узнать контакты на моих норвежских компаньонов.
Добавил Константин.

— Да подождите вы.
Ответил им обоим я.
— Я вам всё, что знаю – расскажу. Я немного в курсе об этих ваших приключениях.
Но заранее скажу. Меня сюда тоже доставили. Так, что я с вами в одной лодке.
Снова в одной яхте – как вам такая аналогия?
Сейчас подойдут Борис с Людмилой, и я расскажу все, что знаю.
А пока расскажите, как вам отдыхается.

— А чего, отдыхать – не работать. Тем более, когда все оплачено и лимита на карте нет. Мы ездили по городу, были на сафари.
Это Костя.

— Море отличное, сервис приятный, кормят вкусно.
— Да и вы все тут, как по-волшебству.
Это Женя.

— То ли ещё будет.
Добавил я. И тут появилась Люся. А следом за ней и Борис.