…- Её когти – стрелы, Её тело пело. Уходила душа в глуши. Оцарапался кожи глубже. След на небе белее мела Оставляла когда летела. Попытался за ней в выси, Но остался в земле, крысой. Очень сильно любил, верил. Но, напился и сдал, предал. На опушке при сборе омелы Повязали прекрасную ведьму. …
…- Её когти – стрелы, Её тело пело. Уходила душа в глуши. Оцарапался кожи глубже. След на небе белее мела Оставляла когда летела. Попытался за ней в выси, Но остался в земле, крысой. Очень сильно любил, верил. Но, напился и сдал, предал. На опушке при сборе омелы Повязали прекрасную ведьму. …
Курлыкало утро. Лучи первомая, Давили сквозь веки Мне спать не давая. Чирикали ветки, Все в перьях и клювах. И даже приёмник, На птичьем как будто, Вороной прокаркал Мне: — “Доброе утро”. Трамвайное золото в солнце искрилось, Фонарные лампы потухли и скрылись, А речка Нева о гранит вновь разбилась И время …
К куполу неба, как к шее цыганки Крупные звёзды подвешены купно, словно монисто. Мелкие – блёстки на платье узором, Вышиты взором, слезинкой повисли. Странные мысли несутся ракетой, Соль из очей, вся картинка в тумане. Что меня манит в твоём отдаленьи, Зачем к тебе тянет сердцебиеньем? Зачем ещё гложет меня сожаленье, …
БЕГУЩАЯ ПО ПОДЗЕМНОМУ ПЕРЕХОДУ А она бежала страшно и гулко, размахивая букетом гвоздик. И синее пальто «вырви глаз» смешно подпрыгивало на ней. И волосы у нее были крашенные, завитые и смотрелись нереально. А потом все пошло наперекосяк. Я написала роман, использовав все чистые листы, и выбросила на помойку. А взамен …
РОМАН С КИРИЛЛОМ Роман лежал на столе в чём мать родила и нервно ждал искушённую руку хирурга. И рука, вскоре проснувшись, поползла к скальпелю и, вцепившись в него закостенелыми пальцами, медленно и страшно вонзила нож в тело. Роман закричал, пряча под ладонями глаза и немного подергавшись, затих. Неподвижное тело его …
Посв. Imagine В Е Д Ь М А Ну вот, она снова похожа на себя… Нет, она просто вновь стала собой. Всё те же дурацкие цвета — пурпур и беж, — и глаза, как два нераскрывшихся бутона. И музыка, её музыка, тонущая в сковородке. — Надоело! — Что? — Всё! …
* * * Ты была поэту музой, А художнику женою. Изменяла тайно мужу И поэту с музыкантом. Музыкант играл на скрипке, Прочитав стихи поэта, И любил твою улыбку На художника портретах.
* * * Я – капля… немного солоно, но не слеза. возможно, дождь… глаза в глаза, — нас осень, как котят согрела; я, дерзкая, любить тебя посмела; с тобою, будто сон, нежна… но разве нам с тобой до сна!?