***
17. «Пельмени жизни»
Когда-то у меня была маленькая-маленькая лошадка.
Я пытался приделать к лошадки большие-большие крылья.
Но лошадь не слушалась.
И стихи, подставляемые к маленькой-маленькой лошадки,
Пахли совсем не стихами…
Жизнью они пахли!
Большой-большой жизнью.
Пахли тем учителем,
Что доказывал мне огромность мира на убогом пластмассовом шарике.
Пахли тем мальчиком,
что просил воскресить свой тамогочи.
Пахли той женщиной,
Что заставляла меня маленького-маленьго,
Ходить по большому-большому лесу
И собирать цветы в тех оврагах
Где шла война, и умирали некрасиво красивые люди…
Я даже не знал, что собирал…
Цветы?
Нет!
Я собирал чьи-то пальцы, проросшие сквозь толщу лет!
Собирал чьи-то руки и ноги!
Мысли чьи-то собирал!
Большие-большие сердца собирал
в маленький-маленький букетик!
Да!
Сердца!
Потому, что плакал, глядя на алые цветы,
А по ночам мне снились чьи-то чужие мечты…
А как же лошадь?!!
Нет больше маленькой-маленькой лошадки…
Хотите больших-пребольших пельменей?
Ешьте!
Я почитаю вам свои старые стихи,
Что пахнут большой кучей жизни.
***
