Мартышкин труд. Сахар больше, чем жизнь. Фиаско. Долгожители поневоле. Легко ли быть мужчиной ? Красная шапочка.

Мартышкин труд.

Началось всё с того, что с группой научных сотрудников я был командирован в подшефное хозяйство на уборку яблок. Высшее образование вполне позволяло нам не перепутать вершки с корешками. Тем паче, что половину своего стеденчества мы провели на вершинах деревьев. Оттого и образование высшее. Кто отказывался – у того неполное высшее.
Сначало было трудно. Даже пару раз свалился. Но затем резервы организма сказали своё веское слово. Через месяц я так освоился, что слезать с деревьев не хотелось. Иной раз спал на ветвях. Никогда не думал, что это так удобно. Руки отросли ниже колен, а кисти стали необычайно цепкими. Ноги, напротив, сделались короче и гибче. Все тело обросло густой шелковистой шерстью. Даже плешь затянуло. Лоб стал плоским, глаза сместились выше, из-за чего обзор заметно улучшился. Нос распластался по лицу. Стоило им только повести и я знал, где прячутся яблоки. Одежда стала раздражать. Мешала перепрыгивать на соседние деревья. Приходилось снимать. Смущал только длинный могучий хвост. Но он оказался незаменимым в деле. Бывало, повиснешь на ветвях и рвешь яблоки в свое удовольствие.
Вот только почему ягодицы покраснели, никак не пойму. Врагов в природе у меня нет, кроме доцента Чеснокова, зарящегося на мое место при кафедре.
С моими коллегами произошло тоже превращение, что и со мной. Даже побыстрее. Видимо, научный стаж ещё не велик. Оттого и перестроились быстро. А тут ещё какой-то жалкий ассистент вожака из себя вздумал строить. Но я его быстро на место поставил. Нет, ни жалобами, ни анонимками. Помилуй, Бог ! Укусил за бедро, только и всего. Человеческая речь со своим многословием стала мне не нужна. Достаточно глазом сверкнуть или издать звук, заменяющий десятки слов.
А недавно директор совхоза приезжал.
– Что это вы мне, – кричит, – устроили здесь обезьяний питомник !?
– Да это же научные работники собирают яблоки, по науке, – объяснили ему. – В семь раз план перекрыли !
– Ну и ну, – покачал головой директор, – доцентов, ведущих себя, как обезьяны видел, а вот обезьян, ведущих себя, как доценты ещё не приходилось ! Выдать им, – говорит, – по ящику яблок на каждый хвост, как поощрение.
Но вот срок командировки истек. Мы – в совхозную бухгалтерию, за расчетом ! Бухгалтер, хотя ни звука не разобрала, сразу смекнула в чем дело. Язык двух пальцев международный.
– А справки, – спрашивает, – у вас есть, что вы не обезьяны ?
Справок у нас не было, но паспорта имелись.
– Ну и времена пошли, – проворчала она, – даже обезьянам паспорта выдают. Но, что-то, – говорит, – фотографии мне ваши не нравятся. В каком зоопарке делали ?
На наше счастье вошел директор.
– Выдать деньги ! – распорядился он. – Нынче, – добавил он, – такие времена, что можно платить не только обезьянам, а даже призракам и арендаторам. Да заплати сполна. Бананы уж больно подорожали.
В автобус мне водитель не позволил войти.
– А что, ежели, – говорит, – сейчас ещё жирафа с билетом припрется ?!
Пришлось ехать на крыше зайцем.
У входа в институт я заметил своего приятеля, доцента с соседней кафедры. Он безмятежно сидел на лавочке и задумчиво курил. Я приветствовал его радостным визгом. Он смотрел на меня расширенными глазами, но сигарету не бросал. Тогда я вытащил эту гадость у него изо рта, а туда сунул яблоко.
Мне ужасно мешали штаны. Они путались у меня в ногах, норовя свалить. Хорош бы я был в таком виде перед ректором ! Я снял их и оставил на попечение приятеля. Не ожидал, что на двух лапах так трудно шагать. Другое дело – на четвереньках. Гордо помахивая хвостом, прохожу мимо секретарши. Люблю молчаливых людей. К тому же я неотразим, поскольку очень похож на Челентано, хотя рубкой дров никогда не занимался.
У двери ректора привел себя в порядок, прилизав шерсть на груди. В просторном кабинете шло заседание ученого совета. Я тихо прошел к хозяину кабинета, сделав хвостом замысловатый реверанс – высший знак уважения. По малости своего роста я не мог дотянуться до ректора и мне пришлось взобраться на стол. Я обнял его и крепко облобызал, едва не прокусив от радости ухо.
– Как, – спрашиваю, – поживает мое родное родильное отделение ? Лапы по работе чешутся ! Давно, – говорю, – маленьких обезьянок на свет не принимал. Соскучился !
Ректор сделал вид, что не понимает. Неужели мой язык сложнее человеческого ? Затрясся весь, побелел, как полотно.
– Кто пустил сюда эту макаку, – кричит, – уберите её сейчас же !
Схватил меня за горло и давай отдирать от себя.
– Я, – отвечаю, – такая же макака, как и ты. Посмотри, дорогой, в мои глаза. Неужели не узнаешь ?!
– А что, мне этот гамадрильчик даже нравится, – услыхал я голос нашего парторга Алевтины Андреевны. – Это ничего, что он скачет, визжит и бьет себя кулаками в грудь. Зато какие у него одухотворенные глаза ! – лепетала она, не отрывая взгляда от моих красных ягодиц. Словно мужиков ни разу не видела, хотя пятый раз замужем.
Тут народ сбежался, каждый норовит схватить. Я хвостом подцепился за люстру, оттуда спланировал на подоконник и был таков.
Приятель мой, доцент, продолжал сидеть с моими штанами под мышкой. Честным оказался, хотя и человек.
Дверь моей квартиры была заперта. Пришлось через форточку. Все обошлось. Только с моим сиамским котом удар случился. Насилу откачал. Едва откроет глаза, как опять лишается чувств.
Вскоре пришла жена.
– Это ты мой медвежонок !? – игриво спросила она, услышав звуки телевизора.
Я очень соскучился по жене. Когда она вошла, я, захмелев от счастья, бросился ей на грудь. Ужасно хотелось женской ласки, нежности. Мужчины меня поймут. И надо же мне было, нечаянно, порвать ей колготки ! Как она вскинулась, закричала ! Кусаться стала, царапаться, утюгом мне голову едва не проломила. Короче, совсем потеряла человеческий облик. Ведь колготки-то были импортные !
На шум примчались соседи, вызвали милицию. Делать ей больше нечего, как только доцентов отлавливать. Плюнул я на всё и подался в зоопарк. Там ещё с десяток мартышек оказалось. Утверждают, что научные сотрудники, а сами даже блох ловить не умеют. Так, мелюзга всякая. Ни одного профессора или академика. Но я подожду. Ведь сезон уборки ещё не закончился !

Сахар больше, чем жизнь.

По улице, пугая прохожих, стремительно бежал грузный, немолодой мужчина в чёрном мундире. Страдая от одышки, он рванул на себя дверь универсама. Мюллер не ошибся и на этот раз. Этот проныра был уже здесь.
– Штирлиц, – отдышавшись, обратился к нему Мюллер, – вы мне нравитесь. И тут вы меня опередили !
– Смею вас уверить, – ответил тот, проницательно глядя на собеседника, – что очередь я занял и на вас.
– Спасибо, спасибо, дружище, – расстрогался шеф, одарив коллегу проникновенным взглядом. – Я всегда верил в вас. Сколько дают-то сахара ?
– Полтора килограмма на душу, – дружелюбно ответил Штирлиц, полагая, что теперь этот толстяк будет ему обязан.
– А я, знаете ли, случайно проведал, что здесь продаётся такой дефицит. Оставил все дела на Шольца и бегом сюда, – счастливо потирал руки Мюллер. – Мне, давеча, Шелленберг обещал достать пару килограмм сахара. Но вам ли не знать эту хитрую бестию ! Пообещал и тут же укатил в Швейцарию, ссылаясь на неотложное свидание со своим резидентом. Но мне-то известно, что за туалетной бумагой ! Да, Штирлиц, вы выяснили, наконец, что же произошло с сахаром ? Думается, не зря зарплату получаете.
– Разумеется, – ответил обиженно тот. – Наш глубоко законспирированный агент 0,02 выяснил, что в рамках этого явления ведётся борьба с алкоголизмом.
– Штирлиц, – равнодушно спросил Мюллер, – а вы занимаетесь самогоноварением ?
Его собеседник, зная цепкую хватку шефа гестапо, понял, что это проверка.
– Что вы, – хладнокровно посмотрел он, – это было бы недостойно офицера разведки !
– Я не сомневался в вашей верности. Но вчера, просматривая ваши документы, случайно уловил запах самогона. Как вы это объясните, дружище ?
– Всем известно, что перед тем, как поставить в мои документы печать, вы изрядно на неё подышали, – с железной выдержкой парировал Штирлиц. – Между нами говоря, эта информация просочилась даже наверх.
– Ну, ладно, ладно, оставим этот разговор, – нервно завертел головой Мюллер. – Вы лучше скажите, где раздобыть конфет «Кис-кис» или «Тик-так». Обожаю, знаете ли, жевать их на допросах. Я на днях арестовал одного директора магазина. Вы моих костоломов видели, Штирлиц. Но этот не признаётся даже на дыбе ! Думает, что мы с министерской ревизией связаны. Дом-то у него при обыске оказался заваленным леденцами, зубной пастой «Ромашка» и дешёвым мужским одеколоном «Букет». Думаю, этого дефицита всему гестапо надолго хватит. Через недельку доберусь до «Птичьего молока». Душу из директора вытрясу, но узнаю, где он эти конфеты прячет ! Вам, полагаю, не помешает пара коробок ?
– Буду весьма признателен, – сдерживая радость, холодно произнёс собеседник.
Мюллер хитро прищурился. Он делал так всегда, когда нападал на след.
– А признайтесь-ка, Штирлиц, по старой дружбе. Не хранили вы в том самом чемоданчике с рацией, на котором обнаружены отпечатки ваших пальчиков, дешёвую сухую колбасу и шоколад, как показала экспертиза ?
Его оппонент укоризненно покачал головой.
– Я уже дал объяснения на этот счёт, – невозмутимо ответил он.
Интуиция и на этот раз не подвела отважного разведчика. Не мог же он признаться, что всё обстояло именно так, благодаря чему он был вхож во все кабинеты. Штирлиц ещё раз подивился аналитической силе ума Мюллера.
– А что это вы, шеф, сегодня без машины ? – перехватил он инициативу.
Сосед болезненно поморщился.
– Неделю назад со станции техобслуживания вернули, наконец, мой «Мерседес». Шофёр до сих пор заклёпки и деревянные чопики из мотора вытаскивает. Но и я в долгу не остался. Бракоделами займётся товарищеский суд ! А пока пользуюсь общественным транспортом. Как выберешься оттуда, ощущение такое, словно на дыбе побывал. Пожалуй, будем водить туда наиболее «твёрдые орешки» из заключённых. Это получше нашей подземной «готиницы», – убеждённо сказал Мюллер. – Езжу, конечно, инкогнито, – продолжал он. – Но и тут отличился наш общий знакомый Айсман, которого вы давеча ударили бутылкой по голове. Представьте себе, этот идиот, увидев меня на задней площадке автобуса, кричит на весь салон:
– Босс, проходите в средину, там свободнее ! Не-то живым до гестапо не доберётесь !
Времена, дружище, пошли мрачные. Куда ни глянь – всюду очереди ! Из надёжных источников знаю, что моей скромной особой уже Борман заинтересовался. – Никак, говорит, – старая лиса Мюллер очередную аферу замышляет ? Не плетёт ли какую интригу с американцами за нашей спиной ? На рабочем месте его никогда нет. Как в воду, – говорит, – канул. А я, между прочим, вчера шесть часов за лимонами в очереди простоял. Могу свидетелей представить. Они у меня, на всякий случай, в «гостинице» сидят. Поверите ли, – сокрушался Мюллер, – но даже местком поставил мне на вид уходы в рабочее время !
«Это хорошо», – подумал Штирлиц, но вслух сказал:
– Сочуствую, вам, шеф. А не собрать ли вам досье на местком ?
– Вы ясновидец ! Я давно уже это сделал. Они, как говорится, у меня под колпаком ! – добродушно рассмеялся Мюллер, прислушиваясь к внезапно зашумевшей очереди.
– Извините, дружище, – страстно зашептал он, – рядом, говорят, в продажу выбросили женские колготки. Побегу, займу очередь. Вам не нужны ?
Штирлиц с грустью подумал, что при последнем тайном свидании с женой забыл передать ей несколько пар импортных колготок. Но ему стало окончательно ясно, что он вне опасности. А в центр, будоража эфир, полетела срочная шифровка:
«Прошу выслать ящик женских колготок зпт конфет «Кис-кис» зпт мешок сахара тчк Мюллер в наших руках тчк Юстас тчк».

Фиаско.

Планета приблизилась неожиданно быстро. Она выглядела голубым, изумительно красивым гигантским шаром. Сквозь прозрачное облачное ожерелье просматривались континенты, горные цепи и сверкающие водные пространства.
Планетарные двигатели были застопорены, а управление звездолётом взял на себя главный нейрокомпьютер. Позади остались миллионы световых лет.
Их учёные не ошиблись. В этой галактике действительно оказалась планета, на которой существует жизнь. На экранах звездолёта двигались странные существа. Они жили, в основном, в крупных городах, и поведение их казалось вполне осмысленным. А когда зазвучала их речь и музыка, сомнения рассеялись окончательно.
Корабль медленно дрейфовал над крупной страной. За сутки все члены экипажа освоили незамысловатый земной язык, историю развития человечества, его культурный и научный багаж. Некоторым нравилась колдовская мелодичная музыка, а других привлекали яркие спортивные зрелища, называемые землянами футболом.
В стране царило необычайное оживление. Разумные существа о чём-то ожесточённо спорили, устраивали ежедневные митинги и шествия. Скоро экипаж догадался, что они выбирают из своей среды кандидатов в органы власти. Как и в любом разумном обществе, здесь существовала строгая иерархия и страной управляли опытные, знающие люди.
Команда звездолёта с интересом следила за перипетиями предвыборной борьбы. Кандидаты предлагали абсурдные и нелепые проекты: снижение цен на товары и бензин, повышение каких-то пенсий и зарплат, сокращение безработицы, равноправие сексуальных меньшинств, борьба за чистоту атмосферы и другие.
Разговоры о воздухе особенно удивили космических пришельцев. Какая может быть чистота воздуха, если на этой планете его уже нет ! А атмосфера сплошь состоит из угарного газа и сероводорода !
То обстоятельство, что существа не съедали не угодивших им кандидатов, ещё раз подтверждало их разумный уровень. Но вызывало недоумение низкое, безнадёжно отсталое развитие цивилизации. Дымящие трубы, чадящие автомобили, примитивные заводы производили удручающее впечатление.
Предложение командира звездолёта послать на Землю своего кандидата для оказания помощи братьям по разуму было встречено с одобрением. Выбор пал на Тэя – молодого астронавигатора. По земным меркам ему было, всего-навсего, семьсот лет. Вначале Тэю предстояло стать депутатом парламента. Благодаря своим возможностям, он мог заметно улучшить положение дел в стране, предложив программу, исключающую тупиковые пути. К услугам экипажа был банк информации с опытом общественного развития тысяч цивилизаций в сотнях галактик.
Тэй мало в чём походил на землянина. Люди могли принять его скорее за крупное насекомое, издающее звуки в ультразвуковом диапазоне. Этап биотрансформации молодой астронавигатор перенёс привычно и безболезненно. Теперь, освоившись в новой ипостаси, он ничем не отличался от землян.
Глубокой ночью на окраину города бесшумно опустился белый шар, испускающий мягкое голубоватое мерцание.
А утром к проходной большого завода подошёл ничем не примечательный с виду человек. Был он молод. Широкая грудь распирала футболку. На простодушном лице радушно сияли голубые глаза. Новичка определили в ученики к мастеру Евсеичу. Старый мастер, прищурив выцветшие глаза, искоса взглянул на Тэя.
– Ещё одного сосунка прислали, – мрачно проворчал он. – Завтра же сбежит.
Молодой рабочий, вытиравший ветошью руки, лукаво предложил новичку:
– Слышь, браток, сходи на склад и попроси гаечный ключ с подсветкой. Позарез нужен !
Это был коронный номер бригады. Все с нетерпением ожидали незадачливого новичка, который, прочесав весь завод и доведя до бешенства кладовщика, вернётся с пустыми руками. А потом этот случай будет со смехом вспоминать весь город до тех пор, пока бедняга не выйдет на пенсию.
Вопреки ожиданиям, новичок вернулся быстро. В руках у него блестел новенький, неземной красоты, гаечный ключ с подсветкой…
Молодой рабочий продолжал вытирать промасленной ветошью уже не руки, а лицо.
– Во, чудик, даёт ! – запоздало опомнился он. – Ты что, из-под земли его достал ?
– Нет, с неба, – покачал головой Тэй.
Евсеич подвёл астронавигатора к огромной, в человеческий рост, металлической болванке.
– Ну, вот, милок, твоя работа. За месяц должен эту болваночку из квадратной круглой сделать. С помощью вот этого компьютера, – указал он рукой. – Кувалдой называется.
Тэй лихорадочно рылся в своей памяти, но аналогов этому инструменту сыскать не мог.
– Это, что, действительно, компьютер ? – усомнился он.
– Эх, деревня ! Ты что, с Луны свалился ?
– Нет. С Геоцентры номер 3569790543218889, – добродушно сказал Тэй, говоря сущую правду.
– Сейчас поработаешь кувалдочкой, а вечерком мы с тобой вместе пошутим. Работай, шутник, – напутствовал его Евсеич.
Он не без основания считал, что языком работать куда легче, чем кувалдой.
Тэю этот инструмент так приглянулся, что он решил прихватить его с собой для Музея Времени. Мозг астронавигатора, среди десятков вариантов работы с кувалдой, вычислил единственно верный. А нечеловеческая сила помогла ему. С металлической болванкой Тэй управился за три дня. Она даже не требовала дополнительной обработки. Все говорили, что Евсеич подготовил достойную смену, что в коллективе не зря ведётся большая культурно-воспитательная работа среди молодёжи.
Тэй стал передовиком производства и активно занялся общественной работой. Без него трудно было представить любой президиум.
Не мешкая, астронавигатор завалил директора завода Куськина грудами блестящих технических проектов, включая их математические модели.
– Это, конечно, хорошо, что простой молотобоец пытается помочь родному заводу, – сказал Куськин, теребя клинышек своей ухоженной бородки. – Но скажи, дорогой, что произойдёт, если мы увеличим производство продукции в сотни раз ? Придётся расценки скостить, нормы выработки пересмотреть. А сколько рабочих нужно уволить ? И это при такой безработице ! Да мне профсоюзы голову оторвут ! Это же журавль в небе. Ты тут, вот, к кувалде прицепился. А она, между прочим, всегда вывезет. Такой кувалдой ещё мой прадед орудовал. А куда мы денем институт Кувалды ? Там ведь учёные сидят, головы ломают, диссертации защищают. А не дурью маются, как некоторые, – сухо добавил директор, недвусмысленно глядя на Тэя.
Их беседу прервал заливистый телефонный звонок. Куськин снял трубку.
– Что, опять, – поморщился он. – Сколько человек, говоришь ? Семь ? И все пьяные ? В вытрезвителе ? Безобразие !
Директор в сердцах бросил трубку.
– Вот, изволь работать с эдакими свиньями ! – выдохнул он. – Постоянно увольняю таких, но приходят новые ! Вчера был праздник, вот они и налакались !
Куськин огорченно замолчал, но тут его осенила блестящая идея.
– А не возглавить ли тебе, дорогой, общество трезвости ? Давно ищем кандидатуру. А ты не пьёшь. И работаешь отлично. Подходишь идеально !
Тэй не возражал.
– Значит, договорились. Тут фантазируй сколько угодно. Лишь бы толк был, – подытожил директор.
С этого дня на заводе стали случаться загадочные вещи. Если Тэю встречались любители выпить, они попросту превращались в милых, добродушных хрюшек. Забавно было видеть, как свиньи, желая сохранить достоинство, пытались встать на задние ноги, а передние заложить за спину. А после работы они, яростно морща пятачки, штурмовали собственные квартиры, недоумевая, почему их законные жёны так истошно вопят.
Первое время весь завод огромный свинарник напоминал. Даже директор не избежал такой участи. Однажды в его кабинет вошло начальство, а он, заискивающе похрюкивая, восседает в кресле. Оказывается, пригубил немного шампанского на свой день рождения. После этого случая он совсем перестал пить.
Между тем, Тэй стал уже шефом профсоюзного комитета, лидером рабочих, возглавил производственный комитет и ещё дюжину общественных организаций. Хоть раздвойся, а успей всё выполнить. Тэй так и сделал. Это обстоятельство едва не погубило мастера сборочного цеха Прошкина. Выйдя из кабинета директора, где собрался совет бригадиров во главе с Тэем, он увидел его у станка. В конференцзале шло заседание профкома. Выступал Тэй, гневно клеймя нарушителей трудовой дисциплины. Прошкин сполз по стене на пол и обречённо заплакал. «Вот так, на работе, – подумал он, – и сходят с ума !».
Миссия астронавигатора приближалась к концу. От правящей партии его выдвинули кандидатом в парламент. Последние штрихи к его новому статусу должна была добавить встреча с горожанами.
Просторный зал был заполнен до предела. Тэю предстояло померяться силами с тремя кандидатами, каждый из которыйх имел свои виды.
Астронавигатор легко подавил странное, несвойственное ему волнение.
– Человек давно живёт вчерашним днём, – начал он свою речь. – Люди купаются в океане энергии, а используют лишь нефть и каменный уголь. Над человечеством уже занесён экологический меч. Человек – часть природы. Вместе с ней погибнет и он. Существует ещё неисчерпаемая энергия солнца, энергия морей и океанов, энергия, связанная с ходом времени. Моя программа предусматривает освоение этой энергии в течение одного земного года. Я видел в каких тесных квартирах ютится человек. Каждый из вас достоен жить в больших и светлых домах, где будет обилие зелени, света и солнца. Стены таких домов будут концентрировать солнечную энергию, а зимой – нагревать помещения. Человек только тогда станет человеком, если над ним не будут давлеть мелочные заботы о быте. Только в этом случае общество вправе ждать от него реальной отдачи.
Зал, поражённый и настороженный, слушал.
– Следующая часть моей программы – борьба с безработицей, инфляцией и неуверенностью в обществе. Здесь многое зависит от самого человека, от правильной организации труда, от новых технологий. А главное – от нравственности, механизм которой сломан в человеке. По существу, он озабочен только собою, какой бы пост ни занимал и смотрит на мир только через призму личного благополучия. Это самое разрушительное, на что только способен человек.
– Товарищи ! – прервал Тэя дребезжащий от негодования старческий голос. – Что вы его слушаете ? Это же последователь кришнаитов ! Они тоже ратуют за какую-то там гармонию с природой и духовное совершенство. А на деле ничего сделать не могут. Мы не кролики, чтобы над нами проводить эксперементы ! Гнать в шею этого нечестивца ! – потрясал кулаками над головой старичок в запотевших очках.
– Правильно, – вторил старичку густой мужской бас, – мягко стелет, да жёстко спать ! Дома, как стадионы, энергия солнца, какого-то там времени, золотые горы, – ядовито подбоченясь, заметил грузный мужчина с нездоровым красным лицом. – И всё за какой-то год !? Я вот что скажу, товарищи. Этот тип – сумасшедший ! Я много видел таких в одном месте.
– А за кого он нас принимает ! – подключилась бойкая белокурая девушка. – За каких-то неразумных овечек, у которых поломан, видете ли, какой-то механизм. А как же наши моральные устои и общечеловеческие ценности ?
С разных сторон зала послышались реплики:
– Нам такие мечтатели не нужны !
– Пусть строит свой город солнца за год в другом месте !
– Хватит байками народ кормить, научены уже !..
Тэя единодушно освистали. А на следующий этап выборов вышел экономист Тучкин. Он со своей программой не витал в облаках, а твёрдо стоял на земле, обещая избирателям уменьшить налог за бездетность, дать все права сексуальным меньшинствам и решительно задушить бюрократию, сосущую кровь трудового народа.
Астронавигатор вышел из зала под улюлюканье, свист и топот ног. Что-то он не учёл. В этот же вечер, вызванный в режиме экстренной психосвязи, модуль звездолёта поглотил Тэя.
– Молодой был, шустрый, – любил вспоминать в минуты отдыха старый мастер Евсеич, затягиваясь папиросой и щуря глаза. – Максюмалист ! Потому как без Бога в голове. Такой номер отколол ! Видать, сердешный, руки на себя наложил. Не в своё дело полез, – сокрушался он. – С кувалдой-то у него лучше получалось !

Долгожители поневоле.

Какая разница между человеком, проживающим в частном доме и многоквартирном ? Первый, видя рыночные цены, хватается за голову, а второй – за локоть соседа. Как говорится, не имей сто рублей, а имей сто друзей. Тем более, что за сто рублей сейчас купишь ?! Не хватит, даже, чтобы за квартиру заплатить !
Но мы ведь вместе ! Собрались всем домом и обзавелись роскошным белым лимузином. Вскладчину. Что для сотни человек какие-то несчастные двести тысяч рублей ! Приятно, черт побери, почувствовать себя богачем ! Великолепный новенький лимузин ласкал глаз и будоражил воображение. Но желающих-то ездить на нём – сотня ! После долгих споров порешили, что каждый будет пользоваться машиной-мечтой целый год. Но в каком порядке ? Кинули жребий. Мне повезло. Вытащил сотый номер. Почему повезло ? Потому что такой номер только один на сотню ! И я умудрился его вытащить ! А это значит, если мне нынче сорок, то сколько будет через сто годков ?! Всего-то сто сорок !
По прогнозам учёных человек может дотянуть до двухсот лет, если будет вести здоровый образ жизни. Пророк Моисей, к примеру, дотянул до семисот ! Правда, тогда искушений меньше было.
Итак, я стал владельцем лимузина. Но чтобы поездить на нём, бросил пить и курить. Активно занялся аэробикой в группе девушек. Взялся за йогу. У станка стою только в позе алмаза. Дышу, как йог. Вернее, совсем не дышу. Особенно этим смогом, который вы, ненормальные, называете воздухом.
Короче, радикально изменил образ жизни, чтобы в сто сорок лет покататься на вожделенном лимузине. Глядишь, он у меня и останется. Поскольку все мои конкуренты повымирают, как динозавры.
Но нет ! Сосед по лестничной площадке, которому уже за девяносто, тоже не дремлет. В очереди он восемьдесят девятый. Охота чудаку, в сто семьдесят девять лет, на лимузине покрасоваться ! Хотя, на мой взгляд, самый лучший наряд в этом возрасте – саван. Мало того, что он каратэ занялся, поломав во дворе все вековые деревья, так ещё с парашютом прыгает, божий одуванчик ! Форму поддерживает ! Даже нанял двух молоденьких массажисток, чтобы они его костистое, как у камбалы, тело немного размяли.
Любопытно, стал бы современный принц искать Золушку, оброни она хрустальную кроссовку ? Думаю, едва ли. Другое дело, потеряй она, допустим, ключи от «Мерседеса» последней модели. Что не сделаешь, чтобы отыскать его хозяйку, а вместе с ней и сам «Мерседес» !
Но лимузин для нас не предел. Знаете ли, надоел уже, приелся. Скучно стало. Объединившись ещё с одним высотным домом, мы замахнулись на самолёт «Боинг» ! Одному смертному это не под силу, а трём сотням человек – проще пареной репы.
Вы не представляете, как восхитительно быть владелцем персонального лимузина и самолёта ! Круглый год счастливчик, как Рокфеллер, сможет на нём летать ! Если, конечно средства позволят, но это – мелочи.
Вновь кинули жребий. Вы не поверите, но я опять оказался последним ! Трёхсотым. Значит, заполучу «Боинг», когда мне за триста сорок перевалит. Так и бессмертным недолго стать !
Не оттого ли у нас в стране так много долгожителей, что всё покупаем вскладчину ? Поэтому, господа, я обеими руками за высокие цены, о которых позаботилось наше мудрое правительство. Чтобы держава наша была не только страной высоких технологий, но и страной долгожителей !

Легко ли быть мужчиной ?

Очередь продвигалась медленно. Ивушкин стоял в самом её конце, обливаясь потом и твёрдо решив скорее уйти из жизни, чем из магазина с пустыми руками. Все хватали дешёвую варёную колбасу. Смотрелась она очень аппетитно благодаря нитратам.
Перед Ивушкиным, сгорбившись, стояла сухонькая старушка с клюкой в руке. Она всё время трясла головой и беззвучно жевала губами.
«Вот времена пошли, – раздраженно подумал он, – какая-то старуха, едва передвигая ноги, легко меня опережает. И она имеет то, чего нет у меня, здорового, крепкого мужика. Здесь не нужны сила, выносливость и меткий глаз. Вся пища на прилавках. Не потому ли мужчины так измельчали и повывелись, – мрачно вздохнул он. А как раньше было, на заре человечества ! Тогда мужчина мужиком себя чувствовал ! Сам всё добывал, от саблезубого тигра до мамонта, сам распределял. И всегда первым при пище был ! Хотел бы я видеть, как бы тогда меня эта старушенция опередила !» – не без злорадства подумал он.
И тут, вдруг, как в калейдоскопе, всё завертелось у него перед глазами и душная багровая тьма поглотила его.
Очнулся он в незнакомом месте. Яркие языки костра, отбрасывая причудливые тени, выхватывали из темноты каменные стены пещеры и множество огромных, лохматых существ. В глаза бросались их по-обезьяньи приплюснутые носы, низкие скошенные лбы и выступающие надбровные дуги, из-под которых недобро сверкали маленькие угрюмые глаза.
Ивушкин был стойким атеистом, но, цепенея от животного ужаса, лихорадочно крестился и щипал себя, надеясь досрочно проснуться под тёплым боком у жены. Проснуться, прошлёпать к холодильнику и испить из запотевшего графина холодного пивка, которое, как известно, является лучшим средством от кошмаров.
Увы, это была суровая реальность.
«Неандертальцы какие-то, – со страхом подумал он, робко рассматривая пещеру и её обитателей. Возьмут сейчас и съедят живьём. А через пару миллионов лет археологи обнаружат в этом месте мой череп и часы», – обречённо предположил он.
Существа также заметили его. Все повскакивали с мест. Многие с пронзительными криками бросились к стенам. С десяток крупных существ, похожих на косматых мужиков, подскочили к Ивушкину, сжимая в руках каменные топоры и дубины. Он понял, что это конец.
Тем временем древние люди пристально рассматривали мелкое, тщедушное существо, попавшее к ним невесть каким образом. Молчание затягивалось. Ивушкин сообразил, что надо что-то сказать.
– Добрый вечер, господа, – хрипло выдавил он. – А я тут мимо шёл… Дай, думаю, зайду, проведаю…, – машинально, только чтобы не молчать, лепетал он. – А вообще-то я… здесь… случайно…
Вожак, судя по отношению к нему остальных, запрокинул косматую голову и глухо, протяжно прорычал. Все мгновенно успокоились, заняв свои обычные места. Время от времени они бросали любопытные взгляды на пришельца. Мощный вожак вплотную подошёл к чужаку, легко поднял его на ноги, ощупал. Дружелюбно положил тяжёлую руку на его плечо, отчего у Ивушкина затрещали все кости и остро заныла поясница.
Пещерные люди приняли его за отощавшего родственника и нашли достаточно безопасным, чтобы можно было оставить в пещере.
На ночлег его определили к женщинам и детям. Это обстоятельство, несмотря на пережитое потрясение, очень обидело Ивушкина, хотя, несколько и развлекло. Он старался не смотреть на совершенно обнажённых, в чём мать родила, первобытных женщин, покрытых густой шелковистой шерстью.
– Срам-то какой, – бормотал он, – Одним словом – дикари. Что сказала бы жена, – терзался он угрызениями совести. А интересно, можно ли здесь гаремом обзавестись ?
Но мысль эта была настолько крамольна, что Ивушкин, как и любой мужчина на его месте, невольно устыдился. Хотя, конечно же, всё зависит от обстоятельств.
Несмотря на то, что у входа в пещеру стояли два дюжих охранника с дубинами и топорами, спал Ивушкин плохо. Он часто вздрагивал во сне, непрерывно отбиваясь от наседавших динозавров, которые норовили содрать с него часы.
А утром он затосковал по дому. По трёхкомнатной городской квартире, по уютному дивану и цветному телевизору. По жене, которая придя с работы, накормит его, уложит в постель и ублажит. Жизнь, как у Бога за пазухой ! И никаких тебе естественных врагов. Кроме кандидата наук Пяткина. Тот всё норовит съесть его, упрекая в бездарности. Но и Ивушкин не лыком шит. У него широкие связи и знакомства. А это действует получше каменного топора. А тут какая-то тварь, вроде пещерного медведя, съест и не оближется. И никакие связи не помогут.
А без телевизора какая жизнь ? Даже аэробику не посмотришь ! Тем более не узнаешь, что творится у твоих соседей. А у этих дикарей всё не по-человечески. Пещера коммунальная. Никакой мебели. Спят вповалку. Но, в конце-концов, могло быть и хуже. Мог ведь угодить и к более дальним сородичам, которые на деревьях жили. Попробуй тогда угнаться за ними !
Племя, приютившее Ивушкина, жило между тем своей привычной жизнью. Мужчины уходили на охоту, женщины и дети собирали съедобные растения, плоды и корни, обрабатывали шкуры. Поддерживать огонь в очаге также было их обязанностью.
Как человек с высшим образованием, Ивушкин за неделю освоил сложную методику сохранения огня в очаге. В своё время он не корпел так над диссертацией. Это было целое искусство !
А вскоре ему доверили сбор трав и кореньев. В начале своей карьеры он едва не погубил ядовитыми корнями себя и трёх воинов, но шаман откачал. Пришлось только глотать глину и золу от костра. Заболей он дома – тотчас врачи, профессора понаехали бы. Сам Шеф навестил бы его на служебной «Волге» ! Положили бы в лучшую столичную клинику и полгода держали в реанимации. А шаман управился за пару дней. Урок этот пошёл Ивушкину впрок. Разбираться в растениях он стал виртуозно.
Только однажды племя усомнилось в здравом уме гостя. Когда он первый раз свежевал добычу. Будучи от природы человеком наблюдательным, Ивушкин видел как его жена ощипывала кур. Сначала замочит, потом перья выдёргивает. Так он и поступил. Прежде облил водой крупного зверя, похожего на рысь, а затем начал выщипывать шерсть. Всё племя сбежалось поглазеть.
«Смотрите, смотрите, несчастные ! Вот как работают цивилизованные люди !», – с гордостью думал Ивушкин, с усилием выдёргивая шерсть.
Но другое событие отвлекло внимание от чужака. На целых три часа с предсказанием грозы ошибся шаман. Из-за неверного прогноза намокла большая кипа шкур. Ошибись он на большее время, его, по неписаным законам, казнили бы. А в этом случае, всего – навсего, прогнали восвояси. Так сказать, освободили от занимаемой должности.
– Хорошо же наши синоптики живут, – хмыкнул Ивушкин, провожая беднягу сочуственным взглядом.
Шло время. Он научился в совершенстве обрабатывать и выделывать шкуры. И неожиданно открыл в себе недюжинный талант портного. Всё племя щеголяло в сшитых им одеждах. А местные модницы, особенно дочь вожака, не чаяли в нём души. К изумлению Ивушкина они достаточно хорошо разбирались в косметике, умело подкрашивая губы и ресницы соком растений.
Чуствуя себя гением, Ивушкин уже подумывал о создании колеса и приручении животных, как охотники впервые взяли его на дело. В глухих зарослях папоротника их группа напоролась на засаду. Ивушкин никогда не видел настоящего тигра. Разве что, иной раз, по телевизору, мельком. Но там он был не более как жалкой полосатой кошкой, внесённой в «Красную книгу». И нуждался в защите. А сейчас перед ним стоял могучий, величиной с хорошую лошадь, саблезубый тигр. Глаза его с фосфорическим жёлтым блеском, не мигая, впились в Ивушкина. Гибкое тело изготовилось к прыжку. Ивушкин чуствовал, что ему что-то мешает. Это было копьё. Он отбросил его в сторону, едва не проткнув главного охотника и бросился наутёк. Вообще-то он привык пользоваться общественным транспортом, но бежал, поджав брюшко, довольно резво. Ворвавшись в родное племя, он произвёл там немалый переполох.
На целую неделю его отлучили от охоты, а по положению вновь приравняли к женщинам и детям. Чтобы избавиться от немыслимого для мужчины унижения, ему пришлось напрячь все свои творческие способности. Он взял упругую длинную ветку и связал её концы туго натянутым сухожилием. Так на свет появился лук. Охотники по достоинству оценили изобретение пришельца и опала была снята. Одно огорчало изобретателя – негде было запатентовать открытие.
С этих пор Ивушкин стал завсегдатаем на охотах и нередко служил образцом для остальных охотников. Внешне он преобразился до неузнаваемости. Вырос, раздался в плечах, под кожей перекатывались литыте мышцы. Не стало пухлого брюшка.
Всему прочему он предпочитал охоту на мамонтов. Охотники загоняли гигантов в ловушки, а потом добивали. Ивушкин, как инженер, усовершенствовал ловушку, что позволило намного быстрее расправляться с этими громадными, но неуклюжими животными.
В племени он имел уже большой авторитет. В особенности после того, как зная хорошо астрономию, предсказал солнечное затмение. У костра он всегда восседал по правую руку от вождя. Глава племени, похоже, имел на него свои виды в отношении дочери. Длинные, до колен, иссиня-чёрные волосы девушки и лицо её, заросшее короткой шелковистой шерстью, приводили Ивушкина в восторг. Вожак, конечно, не вечен. Пришелец это прекрасно понимал. Жена на безопасном расстоянии. Алименты взыскиваться не будут. Да и гарем не за горами. Но мысли эти почему-то не согревали ему душу.
На утреннюю охоту он отправился с плохими предчуствиями. Им удалось отделить от стада одного зазевавшегося мамонта и загнать его в ловушку. Но остальные, вопреки ожиданиям, бросились к нему на помощь. Дикий оглушительный рёв взбешённых гигантов сотрясал воздух. Под ногами дрожала земля. В панике метались охотники. Над Ивушикным внезапно выросла, заслонив солнце, косматая тёмная гора. Он увидел занесённую над ним ногу исполина. Ивушкин закрыл глаза в преддверии неминуемой кончины.
А когда открыл, оказалось, что он стоит в очереди. Тело его было облачено в шкуру пещерного медведя, а рука сжимала увесистую дубину. С прилавка магазина остро несло чем-то отвратительным и тошнотворным. Ивушкин повёл носом и понял, что запах этот исходит от колбасы. Он плюнул с досады, круто развернулся и, смяв окаменевшую от страха очередь, вышел прочь.

Красная шапочка.

Не знаю, как реагируете вы, но моя нежная бюргеровская душа содрогается, когда я читаю брачные обьявления ! Кровь в жилах стынет и встают дыбом давно выпавшие волосы. Конкретный кошмар !
Как вам нравится такое объявление: «Симпатичная «Красная шапочка» 68/168/68 ищет серого волка с хорошим аппетитом /во всех отношениях/. Красивая, весёлая, остроумная, в прошлом спортсменка. Ищу того, кто меня согреет».
Скажите на милость, что мешает симпатичной «Красной шапочке» в один прекрасный день превратиться в грозный «Красный берет» ? А это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Тем более, она сама проговорилась, что когда-то занималась спортом. Улавливаете, на что намекает ?! А я, между прочим, человек болезненный, чувствительный к малейшим колебаниям климата. Поэтому вынужден частенько на Гавайи летать.
А почему она говорит о хорошем аппетите ? Как человек бывалый, замечу сразу, что готовить она абсолютно не умеет ! Ибо требуется недюжинный аппетит, чтобы проглотить её стряпню. Мой несчастный желудок этого не перенесёт !
Мало того, эта дама вознамерилась моим чистыми руками «замочить» свою родную бабушку ! На мокрое дело толкает ! Совершенно ясно выстраивается логическая цепочка: «Красная шапочка – серый волк – обречённая бабушка». Даже дилетанту ясно, что волк не питается морковкой !
Интересно, сколько же бабушке лет, если самой «Красной шапочке» уже 68 стукнуло ? Не иначе, как за сотню перевалило ! Понятное дело, что внучка устала ждать и решила, добрая душа, помочь старушке. Я думаю, может ей на крутой «Мерседес» не хватает ? Сколько же можно, в конце концов, ждать !? А бабушка, по дремучести своей, никак этого в толк не возьмёт. Ей и умирать-то не хочется, здесь она живёт и так, как в раю.
Но я-то тут причём !? Поверите ли, за всю свою жизнь мухи не обидел ! Даже, когда на бойне быков забивал, предусмотрительно сгонял с них мух. Потому, что я по натуре человек мягкий, безобидный.
А что значат слова: «красивая, весёлая, остроумная» ? Из опыта знаю, что красивая женщина опаснее всего, особенно в таком возрасте. Достаточно представить, как она в белой ночной рубашке, в лунном свете, приближается к моей постели ! Я что, должен ей при этом объяснять, что, по Конституции, имею право на жизнь ?
И этот призрак не лишен ещё веселья и игривости ! Вы когда-нибудь встречали игривых призраков ?
А её остроумие ? Она же обведёт вокруг пальца любое следствие !
И этот, не побоюсь сказать, монстр, возможно, известный в криминальных кругах как «Красный череп», ищет того, кто её согреет ! Тогда ей надо загнать антраг сантехнику. Только выглядит это немного странно. Неужели серый волк должен быть сантехником с хорошим аппетитом ?
Как вы думаете, где ещё собака зарыта ? Элементарно ! Это трепетное, замерзающее существо ясно намекает на норковую шубку. А кто это может организовать ?! Естественно, матёрый волк и известный «авторитет». Желательно из Арабских Эмиратов или Саудовской Аравии. На худой конец, сойдет и местный захудалый миллионер.
Стало быть это брачное объявление адресовано не мне, а серому волку, который должен быть миллионером и сантехником по совместительству !
Сколько живу, а женскую логику не постигну до сих пор ! Но каждое брачное объявление может стать захватывающим детективом, если вы умеете читать между строк по часовой стрелке и не слишком часто докучаете своему врачу !

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.