Песня Феникса

День публичной казни был известен всем задолго до события. Некоторые, казалось, ждали её всю жизнь. Увидеть казнь – и умереть. Консилиум палачей с учёными степенями, заслуженных и отмеченных званиями и наградами, провёл несколько лет, занимаясь научными изысканиями. Результат многим казался спорным, однако его подтверждали солидные научные выкладки размером in folio в кожаных переплётах. Костёр. Все прочие варианты отпадали. Новейшая технология была разработана с учётом последних открытий в области плазмо- и СВЧ-обработки особостойких материалов, с учётом и использованием элементов традиционных методов экзекуций.

В момент казни на центральной площади, где происходило событие, плотность населения составляла 0,0518 на 1 квадратный сантиметр. В светлой тишине, под чистые звуки оркестра, исполнявшего “Лесную Флейту* на крыше Дворца Правосудия в аккомпанемент непревзойдённому вокалу выпускников Академии Пения и Декларации – взошла осужденная на специально подготовленную площадку.

На большой чугунный стол постлана белоснежная скатерть из чистого асбеста с вытканными на ней вензелями в окружении птиц, бабочек и цветов – дар городских текстильщиков. Посередине стола – уютное плетёное кресло из лозняка с золотистыми узорами рисовой соломки. Она провела по ним рукой, впитывая нежную шелковистость тленной прелести водяных трав, вплeтённых в узор. Непревзойдённые в ткацком ремесле мастера показали себя и тут. Под креслом и вокруг него в живописном беспорядке громоздились аккуратно напиленные и отполированные до блеска поленья из разных пород дерева, фигурные полированные корешки и коряжки – всё усыпанное высушенными тёмно-красными цветами роз и хмелем. Она улыбнулась и села в кресло, удобно протянув руки вдоль подлокотников. Ведущий палач привязал запястья к подлокотникам розовыми шёлковыми лентами с металлической нитью – такая же, только гораздо толще, служила основой для её уютного кресла.

На площадь по огороженной дороге, охраняемой дружинниками, вбежал марафонский бегун с высоко поднятым горящим факелом. Оркестр доиграл последние ноты. Артисты раскланивались по краям крыши. Палач поднял руку ладонью к толпе: прошу внимания. В наступившей тишине он откашлялся и звучным красивым голосом произнёc заготовленную речь: “Сегодня, в этот торжественный день, бла-бла-бла, мы собрались здесь, бла-бла-бла, чтобы проводить в последний путь нашу несравненную бла-бла-бла, которую все мы высоко чтим за её бла-бла-бла и глубоко скорбим о невозможности отмены казни. Надеемся, путь твой будет лёгок, поскольку ты уходишь с лёгкой душой, унося с собой только нашу любовь и почитание.”
Она грустно улыбалась, разглядывая цветочки у своих ног.
Палач взял факел у марафонца и начал очерчивать огненный круг возле трона. Огонь радостно перескакивал на подготовленную почву, распускаясь жаркими цветами, трепещущими от полноты ощущения жизни. Ещё миг – и огромный цветок расцвёл в центре стола на белоснежной скатерти.

Она умерла. Народ разошёлся.

Назавтра газеты пестрели заголовками: “Сказка опровергает науку”, “Ещё одно доказательство правоты веры и любви”, “Она снова с нами”, “Наука отступила”, “Феномен Феникса”, “Народное ликование”, “Невежды посрамлены”.

Феникс стояла у закрытой двери, обхватив себя за плечи руками. Там, за дверью, разговаривали тихо, ждали терпеливо… но ждали. Иногда постукивали в дверь – и тут же кто-то одёргивал: “Дай ей отдохнуть”. В почтовую щель прошмыгнула очередная газета, соскользнула на пол. “Смерть не для неё” – заголовок на первой полосе. Она задохнулась от боли: “Как мне ещё умереть, чтобы вы поверили?!” Но боль их не волнует. Только жизнь и смерть. А всё, что между – они воспринимают как счастье для меня. Потому что я умею петь.

Она распахнула дверь, дождалась тишины и запела.

0 Comments

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Песня Феникса

День публичной казни был известен всем задолго до события. Некоторые, казалось, ждали её всю жизнь. Увидеть казнь – и умереть. Консилиум палачей с учёными степенями, заслуженных и отмеченных званиями и наградами, провёл несколько лет, занимаясь научными изысканиями. Результат многим казался спорным, однако его подтверждали солидные научные выкладки размером in folio в кожаных переплётах. Костёр. Все прочие варианты отпадали. Новейшая технология была разработана с учётом последних открытий в области плазмо- и СВЧ-обработки особостойких материалов, с учётом и использованием элементов традиционных методов экзекуций.

В момент казни на центральной площади, где происходило событие, плотность населения составляла 0,0518 на 1 квадратный сантиметр. В светлой тишине, под чистые звуки оркестра, исполнявшего “Лесную Флейту* на крыше Дворца Правосудия в аккомпанемент непревзойдённому вокалу выпускников Академии Пения и Декларации – взошла осужденная на специально подготовленную площадку.

На большой чугунный стол постлана белоснежная скатерть из чистого асбеста с вытканными на ней вензелями в окружении птиц, бабочек и цветов – дар городских текстильщиков. Посередине стола – уютное плетёное кресло из лозняка с золотистыми узорами рисовой соломки. Она провела по ним рукой, впитывая нежную шелковистость тленной прелести водяных трав, вплeтённых в узор. Непревзойдённые в ткацком ремесле мастера показали себя и тут. Под креслом и вокруг него в живописном беспорядке громоздились аккуратно напиленные и отполированные до блеска поленья из разных пород дерева, фигурные полированные корешки и коряжки – всё усыпанное высушенными тёмно-красными цветами роз и хмелем. Она улыбнулась и села в кресло, удобно протянув руки вдоль подлокотников. Ведущий палач привязал запястья к подлокотникам розовыми шёлковыми лентами с металлической нитью – такая же, только гораздо толще, служила основой для её уютного кресла.

На площадь по огороженной дороге, охраняемой дружинниками, вбежал марафонский бегун с высоко поднятым горящим факелом. Оркестр доиграл последние ноты. Артисты раскланивались по краям крыши. Палач поднял руку ладонью к толпе: прошу внимания. В наступившей тишине он откашлялся и звучным красивым голосом произнёc заготовленную речь: “Сегодня, в этот торжественный день, бла-бла-бла, мы собрались здесь, бла-бла-бла, чтобы проводить в последний путь нашу несравненную бла-бла-бла, которую все мы высоко чтим за её бла-бла-бла и глубоко скорбим о невозможности отмены казни. Надеемся, путь твой будет лёгок, поскольку ты уходишь с лёгкой душой, унося с собой только нашу любовь и почитание.”
Она грустно улыбалась, разглядывая цветочки у своих ног.
Палач взял факел у марафонца и начал очерчивать огненный круг возле трона. Огонь радостно перескакивал на подготовленную почву, распускаясь жаркими цветами, трепещущими от полноты ощущения жизни. Ещё миг – и огромный цветок расцвёл в центре стола на белоснежной скатерти.

Она умерла. Народ разошёлся.

Назавтра газеты пестрели заголовками: “Сказка опровергает науку”, “Ещё одно доказательство правоты веры и любви”, “Она снова с нами”, “Наука отступила”, “Феномен Феникса”, “Народное ликование”, “Невежды посрамлены”.

Феникс стояла у закрытой двери, обхватив себя за плечи руками. Там, за дверью, разговаривали тихо, ждали терпеливо… но ждали. Иногда постукивали в дверь – и тут же кто-то одёргивал: “Дай ей отдохнуть”. В почтовую щель прошмыгнула очередная газета, соскользнула на пол. “Смерть не для неё” – заголовок на первой полосе. Она задохнулась от боли: “Как мне ещё умереть, чтобы вы поверили?!” Но боль их не волнует. Только жизнь и смерть. А всё, что между – они воспринимают как счастье для меня. Потому что я умею петь.
Она распахнула дверь, дождалась тишины и запела.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.