Фортинбрас, принц норвежский. Акт4, сцена 1

АКТ IV

СЦЕНА I

Кабинет Клавдия. Клавдий, Гертруда.

Клавдий:

– Уже три дня мы ждем вестей о нем.
На поиски разосланы отряды,
Но толку нет. Нет в этом деле правды
И в смутном страхе мы теперь живем.
Куда он делся? Что могло случиться?
И для каких неведомых нам дел
Он из дворца решился отлучиться?
Три дня! По всей стране переполох!
Как призраки беды, витают слухи,
Один мрачней другого. Наши слуги
Поднять не смеют от смущенья глаз,
Желая спрятать свой испуг от нас
И вместе с ним – немой укор вопросов.
Молчанье их звучит как обвиненье.
Вельможи первого исчезновенье
Поверг народ в растерянность и страх.
У всех застыло слово на устах –
Убийство! А за ним идет другое –
Предательство! И оба эти слова
Неотвратимо нам сулят беду.
Пока разгадки делу не найду,
Я не смогу опять дышать свободно.
И что теперь нам делать?

Гертруда:

– Что угодно!
Решительно мы действовать должны,
Чтоб видел враг, что мы не смущены.

Клавдий:

– Но кто он – враг? Когда бы это знать,
Сумел бы я примерно наказать
Тех, кто со мной играть дерзает тайно,
Обрушил бы на них всю гору гнева,
Что душу мне безжалостно гнетет!..
Сейчас я вижу – прав Полоний был,
Когда о кознях черных говорил.
Я чувствую, как сеть вокруг плетется,
Как зло безмолвно зреет в темноте,
Как тенью недруг следует за мной,
Удар готовя в спину роковой!

Гертруда:

– Чего ж ты ждешь?

Клавдий:

– А что могу я сделать?
Сражаться – с кем? Преследовать – кого?

Гертруда:

– Назвал тебе Полоний имена.
С них и начни.

Клавдий:

– И что им предъявлю?

Гертруда:

– Неважно – что. Найдется что вменить
Любому. Нет безгрешных в этим мире.
Лишь стоит только пытки применить,
Язык развяжется и выдаст столько,
Что хватит в чем угодно обвинить.

Клавдий:

– Ты предлагаешь мне пытать невинных?

Гертруда:

– Я предлагаю действовать – сурово,
Безжалостно и быстро. Показать
Кто в Дании хозяин, чтоб никто
Не смел и в мыслях в праве усомниться
И в моще королевской зло казнить.
Нельзя нам с оскорблением смириться.
Лишь страхом можно дерзость усмирить.

Клавдий:

– Горацио и Хенрик, также Кнут –
Мы с ними быстро справимся. Однако
К хозяину всегда ведет собака.
Что если нити к Гамлету ведут?
Полоний говорил, он тоже с ними.

Гертруда:

– Довольно ограничиться двоими.
Горацио пока не трогай. Он
Доверьем Ватикана облечен.
Ни к месту с Римом затевать вражду.
Найдем и на Горацио узду,
Но – позже. Нам важнее оградить
От подозрений принца. Навредить
Нам может слух о том, что сын наш связан
С бунтовщиками. Эти слухи сразу
в народе возбудят волну смятенья.

Клавдий:

– Ты, как всегда, права: хитросплетенье
Всех козней тайных проще разрубить
Мечом жестоким, чем тянуть за нить,
Надеясь терпеливо на везенье.
Давно палач томится от безделья,
Пусть – дармоед – наточит свой топор.
Один удар – и кончен разговор!
Пойду, отдам приказ, чтоб их схватили.

Гертруда:

– Нет, подожди! Мы недоговорили.
Хочу тебя, мой муж, еще спросить:
Как думаешь с норвежцем поступить?
Мне кажется, что вовсе не случайно
С могучим войском прибыл Фортинбрас
К нам в Данию в такой недобрый час.
Уж слишком неудачно все совпало.
Или удачно – только не для нас.

Клавдий:

– Ты думаешь, он с ними заодно?
Возможно ли? Я верю в это мало.

Гертруда:

– А я почти уверена. Давно
Измены пряжу ткет веретено.

Клавдий:

– По-твоему, наш сын врагу продался?

Гертруда:

– Какая глупость! Кто здесь говорит
О Гамлете? Всему виной монах
Горацио – он с ними столковался.
А Гамлет – только щит в его руках,
Которым он гремел и прикрывался.

Клавдий:

– Допустим так, и что теперь – война?
Ведь у норвежцев армия сильна
И пол страны они прошли без боя
Ничем себя, увы, не беспокоя.
Коль враг в тылу, нельзя нам больше ждать.
Мы первыми должны атаковать
Противника!

Гертруда:

– Нет повода у нас,
Чтоб затевать войну, ведь Фортинбрас
Ничем условий наших не нарушил.
Тут надо думать о другом оружье.
С ним срочно нужно заключить союз!..
Нет ничего прочнее брачных уз.
Пусть нити две навеки свяжет узел,
Чтоб два народа жили впредь в союзе!
Готова я отдать норвежцу дочь,
Лишь только б примирению помочь.

Клавдий:

– Малышку Хедду? Ей лишь девять лет!

Гертруда:

– И что с того? Худого в этом нет
Для девочки. Не первая она,
Кто будет малолетняя жена.
Обряд подобный церковь разрешает,
Коль муж пред аналоем обещает
Жены незрелой девственность хранить
И дело до греха не доводить.

Клавдий:

– Как просто все решаешь ты, однако,
Дела важнейшие посредством брака!
То сына женишь на придворной шлюшке,
То дочь, которой в пору лишь в игрушки
Играть, вдруг сватаешь за наглеца!..
А ты спросила мужа и отца?

Гертруда:

– Ты не ее отец! А что до сына,
Так разве у тебя я не спросила?
И не тебе Офелию бранить,
Коль не способен сам других любить!
Не знаешь ты, что значит быть женой
Того, кто просто брезгует тобой!
Я ж двадцать лет терпела этот ужас,
Мужлана называя милым мужем!
И потому хочу, чтоб счастлив был
Наш сын, чтобы жену свою любил
И был, в ответ, стократ любим женою!..
Я помню, согласился ты со мною,
Что брак такой пойдет на пользу нам.

Клавдий:

– Я Хедду за норвежца не отдам!
И Гамлету найду жену другую
По праву государя и отца!..
Полоний мертв – что толку с мертвеца?

Гертруда:

– А если – жив? А если он пленен?
А если вдруг объявится он завтра?

Клавдий:

– Пошлю ко всем чертям – его и дочь!
Во всем виновен этот ротозей!
Достаточно у нас других друзей,
Достаточно и сил, чтоб устоять
И чтоб за мир детьми не торговать!..

(пауза)

Гертруда:

– О, как ты глуп!

Клавдий:

– Не смей так говорить!

Гертруда:

– Я смею! А вот ты, видать, забылся!
Так знай, дружок, коль будешь мне перечить,
Мешать в делах короны и семьи,
Останешься один! А мы посмотрим,
Как долго ты удержишь этот трон.

Клавдий:

– Угрозы? Мне? Опять готовишь яд?

Гертруда:

– Таким как ты, довольно волю дать.
Ты сам себя погубишь. Очень быстро.

Клавдий:

– И это говорит моя жена!

Гертруда:

– Мать принца говорит и королева!..
Ты жалок мне и не достоин гнева,
Что глупостью своею возбудил.
Советую, подумай на досуге
О том, чем может нам война грозить.
И если, я надеюсь, все поймешь
Пошли за мной. Нам надо торопиться
Письмо составить и послать гонца
В Норвегию с особым предложеньем.
Уверена, что Ольгред будет рад
Удачной сделке – с нами породниться.
Не так он глуп, чтоб выгод сторониться.
К чему ему война, коль можно миром
Вернуть престолу честь и острова?

Клавдий:

– Любимая, возможно, ты права.
Я обо всем подумаю.

Гертруда:

– Подумай!
И поскорей реши. Я ухожу.

Гертруда направляется к двери, но в это время в комнату врывается Офелия, подбегает к королеве и падает, рыдая, перед ней на колени.

– Офелия? Ты вся в слезах, бедняжка!

Офелия:

– О, матушка, его нашли!

Гертруда:

– Кого?

Офелия:

– Того, кто был при жизни мне отцом
А родине своей слугой примерным!

Гертруда:

– Так все-таки он мертв, наш бедный друг?
Мне очень жаль. Спаси его господь!

Офелия:

– Мертв, мертв! Убит! Убит рукою подлой!
Я видела сама!.. Смотрю – везут!..
Сбежала вниз… О, боже, мой отец!..
Весь почернел… как будто и не он…
Лежит … в телеге… раскинув руки…
Кровь запеклась… И муха по лицу
Беспечно ползает… а он… а он..
А он недвижим! Боже мой, за что?!..

Гертруда:

– Как мне тебе жаль, дорогая! Тебе не следовало на это смотреть… Клавдий, сделайте же что-нибудь!

Клавдий беспомощно разводит руками.

Ханс, входит:

– Ваше величество! Извините, что врываюсь, я по важному делу. Хотя, кажется, я опоздал.

Клавдий:

– Да, друг мой, если вы пришли сообщить нам о нашем несчастье, то мы уже знаем.

Ханс:

– Вы правы, мой государь, это для всех нас великое несчастье.

Клавдий:

– Где его нашли?

Ханс:

– В соседней деревне. Убийцы закопали его на заброшенном кладбище. Ну, вы знаете, там, где раньше крестьяне хоронили своих по языческому обряду, а теперь закапывают животных, исдохших от болезней. Один пастух обнаружил свежую могилу, сообщил солдатам, ну и…

Клавдий:

– Понятно. И как его?.. Он действительно убит?

Ханс:

– Нет сомнений. Два удара – кинжал и меч.

Офелия, истерично:

– Убийцы! Убийцы! Я знаю кто это сделал! Это он, он его убил!..

Гертруда:

– Успокойся, девочка моя. Кто это сделал? Что тебе известно?

Офелия:

– А вы разве не знаете?! Это ваш сын, это ваш Гамлет! Этот бессердечный урод! Это он убийца! Он мне сам говорил! За что, за что, я вас спрашиваю, он убил моего отца?!..

Клавдий:

– Что говорит эта сумасшедшая?! Выведите ее немедленно!

Гертруда:

– Да у нее просто истерика. Эй, там, кто-нибудь!

Входит Придворная Дама и помогает Гертруде почти насильно выволочь Офелию из комнаты.

Офелия, упираясь:

– Убийца!.. Убийца!.. Убийца!..

Клавдий:

– Женщины. Не обращайте внимания, ее можно понять: потерять отца, это знаете ли… Расскажите мне все подробно, Ханс. А потом мы все обсудим. У меня есть подозрения по этому поводу. Думаю, пора кое-кого призвать к ответу. Я отомщу за Полония! Пусть все знают, что король не оставит безнаказанным подлое убийство своего друга и родственника!

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.