Маг третьей ступени

В далекой-далекой стране рядом с лесом стоял город, в центре города, находилась башня. Каменные стены ее поднимались высоко в небо, а на самом верху, над черепичной крышей развевался голубой флаг – символ колдовства. В башне жил волшебник. Он был немолод. Седобородый, длинноносый, с большим колпаком на голове, самый обыкновенный волшебник со средними способностями и знаниями магического искусства третьей ступени. Звали его Норман.
Однажды ночью с ним произошла очень любопытная история, положившая начало удивительным приключениям и замечательным событиям.

Норман сидел в каморке на самом верху башни и переписывал толстую книгу. Министерство магии, где он работал, давало сотрудникам самые глупые и бесполезные задания. Вдруг он услышал стук. Норман оторвался от своего занятия и сделал пасс в сторону двери. Дверь распахнулась, и в полутемную комнату, освещенную единственной масляной лампой, ворвался ветер. В коридоре никого не оказалось.
Волшебник недовольно посмотрел на гусиное перо, которое держал в левой руке.
– Хулиганы.
Перо согласно скрипнуло. Норман окунул его в чернильницу и вернулся к работе. Дверь захлопнулась. Норман почесал макушку и задумался. Он стеснялся отсутствия растительности на голове и потому прикрывал ее остроконечным колпаком. Самостоятельно вырастить волосы ему было некогда – департамент нагружал волшебников со средними способностями черновой работой, нисколько не беспокоясь о насущных желаниях подчиненных. Вот и ходил Норман с лысым теменем.
– Тук-тук!
На этот раз волшебник решил применить хитрость. На цыпочках он подкрался к двери и рывком ее распахнул. Никого.
За спиной громко разбилось круглое окно. Норман вздрогнул и обернулся. На письменном столе сидела большая черная сова, в клюве она держала свиток, перевязанный бечевкой. Птица некоторое время, не мигая, смотрела на незадачливого волшебника, потом выплюнула бумагу и сказала:
– Ты что, глухой? Сколько можно стучать! На улице дождь, между прочим!
Норман подобрал полы длинной мантии, обнаружив клетчатые тапки на босу ногу, и поклонился.
– Чем могу быть полезен Высочайшему Посланнику?
Сова отряхнулась, обрызгав письменный стол, и указала глазами на принесенный свиток. Норман снова поклонился и взял бумагу.
– Волшебник средних способностей с магическими знаниями третьей ступени наук Норман Трей Девятый! – дрожа от волнения, читал он. – Министерство во главе с Президентом отдела Полномочных повышений уведомляет вас о возможности рассмотрения претензии на вторую ступень…
Сова снова отряхнулась, обрызгав теперь не только стол, но и самого Нормана, но волшебнику было не до того.
– … Для чего необходимо в трехдневный срок представить Отчет о собственном неповторимом опыте над любым живым существом. Опыт должен быть проведен немедленно. В случае добровольного отказа или превышения назначенных сроков, вы лишаетесь полномочий третьей ступени. За подробностями обращайтесь к стр. 108 Закона о повышениях.
Норман подпрыгнул, сверкнув в воздухе босыми пятками, дико завизжал и схватил Высочайшего Посланника.
– Мне дадут вторую ступень!
Сова клюнула старика в лоб и вырвалась.
– Твой срок три дня. Послезавтра я проверю, как у тебя дела.
Норман согласно кивнул, подбежал к столу, смял результат недельных трудов по переписыванию книги, и засмеялся. Эксперимент был придуман давным-давно, теперь пришло время осуществить задуманное. А первое, что он сделает, получив вторую ступень – густую прическу.

ДЕНЬ 1
полдень
Жарким летним днем по пыльной дороге шли два молодых человека. Первый, тот, что постарше, был одет в обтягивающие штаны до колен и широкую рубашку. На голове у него не было ни одного волоса, в руках он держал потрепанный дорожный мешок, у пояса болтался старый нож в потрескавшихся кожаных ножнах. На втором был толстый свитер из овечьей шерсти и теплые гамаши в полоску. Макушкой он едва доставал лысому до плеча, но старался идти рядом, ловко перебирая короткими ногами.
– Янек! – толстяк запыхался, – Ты не можешь идти медленнее?!
– Тренируйся, тебе полезно!
– Янек! Я устал!
– Хорошо. Дойдем до того дерева и сделаем привал.
Впереди, там, где слабое зрение толстяка не позволяло увидеть ничего кроме тумана, лысый разглядел огромный, в три обхвата, дуб. Густая крона даст им приют от июньского солнца и дождя – в отдалении уже слышались глухие раскаты грома.
– Ну и зрение у тебя! – толстяк остановился, уперся ладонями в колени и уставился под ноги.
– Давай быстрее, Мирек.- Янек не стал ждать, пока его спутник отдохнет, и пошел вперед. – Я буду ждать у дуба! – крикнул он, не оборачиваясь. – Опоздавшие рискуют остаться без обеда!
Мирек вздохнул и тоскливо посмотрел на бодро шагающего спутника.
– Подожди! Я с тобой!

Дождь начался как раз, когда они подошли к дереву.
– Обед откладывается. – Янек деловито разглядывал дуб.
– Это еще почему?
– Нужно наломать веток для костра. Займись этим, а я нарежу мясо.
Мирек послушно обошел вокруг дуба.
– Янек! Иди сюда! Кажется, у нас появилась работа!
С противоположной стороны дерева на ствол был наклеен большой лист бумаги, на котором было написано: «Волшебнику третьей ступени лорду Норману этой ночью будет нужен охранник для подвала. Оплата гарантируется. Обращаться в Башню».
Лысый прочитал объявление и поморщился.
– Для чего этому старому мешку с песком потребовался охранник? Насколько я знаю, у него ничего нет.
– Может, он разбогател?! К тому же написано «на одну ночь». Думаю, ему на сохранение оставили какую-нибудь дорогую вещь.
– Тебе думать вовсе необязательно, – Янек отломил несколько сухих веток и вернулся к мешку. Толстяк шел следом. – Во-первых, разбогатеть просто так, еще никому не удавалось, а Норман, как я слышал, за прошлый год ни разу Башню не покидал. Во-вторых, волшебник третьей ступени» можно сказать и не волшебник. Он может открыть дверь усилием воли, или свечу зажечь, а если особо талантлив, может пролевитировать книгу или кошку небольшую. Вот и все. Да к тому же он сам написал «требуется охранник». Сильному магу охранники не нужны. Поэтому вряд ли кто-нибудь доверит Норману ценности.
Мирек разжег костер, прикрывая огонь от ветра, прожарил и без того сухую, как трава баранью ногу. Лысый не спеша, жевал свой кусок, глядя в сторону города.
– Может, нам все-таки стоит наведаться к старику? Узнать, зачем ему нужна охрана.
Янек улыбнулся. Сверху, сквозь густую листву столетнего дуба изредка капал дождь. Там, где крона дерева заканчивалась, начиналась сплошная пелена воды.
– Только подождем, когда ливень закончится.
Мирек согласно кивнул, лег и положил под голову мешок.
– Я вздремну немного, а ты разбуди, когда можно будет отправляться в путь.
Янек кивнул, но вскоре и его сморил сон.

вечер
– Кто там?
Норман был доволен – всё происходит именно так, как он планировал.
– Я слышал, вам требуется охранник! – раздалось из-за двери.
Волшебник махнул рукой, и дверь открылась. На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоял невысокий полный человек в толстом свитере и полосатых гамашах.
– Вы охранник?
Толстяк кивнул и вошел в комнату.
Дверь захлопнулась, и Норман подошел к гостю.
– Могу я узнать ваше имя?
– Мирек.
– Мирек? А дальше?
– Просто Мирек. – Толстяк почесал затылок.
– Ну, Мирек, – волшебник предложил гостю сесть на единственный стул, а сам устроился на кровати, предварительно смахнув с нее несколько желтых свитков. – Каковы ваши условия?
– Смотря, что придется охранять.
Норман махнул рукой.
– Ничего сложного. Сегодня мне доставили очень важный груз – вино столетней выдержки – я заказывал его для одного очень знатного человека. За бочку пришлось заплатить пять тысяч золотых, и я не хочу, чтобы вино исчезло.
– Так много! Вы сумасшедший?
Норман засмеялся.
– Нет. Завтра вельможа отдаст за него втрое больше. Это бизнес, молодой человек.
– А зачем ему такое вино? – толстяк с любопытством огляделся, но ничего, интересного, в комнате не было.
– Вельможа, не вслух будет сказано, страдает очень неприятным заболеванием, и жена совершенно его запилила. Вот и обратился бедняга ко мне, дабы я помог ему восстановить мужскую силу.
– А поможет?
– Должно. – Норман поднял брови. – Каковы ваши условия?
– Думаю, золотых десять.
– Десять? За одну ночь? За охрану единственной бочки?
– Тогда семь. Но, – толстяк предупреждающе поднял указательный палец, – если придется отбиваться от наемников вашего вельможи, я возьму еще столько же.
Норман кивнул и выдернул из седой бороды длинный волос.
– Фыр-кыр-ашах!
В комнате на миг вспыхнул яркий свет и Мирек зажмурился.
– Это волшебный глаз. – Норман поднес к лицу толстяка небольшой белый шарик. – Он будет следить, чтобы у тебя не возникло ненужных мыслей. Сейчас пойдем в подвал. И смотри, охраняй, как следует, иначе… В общем, не забывай, на кого работаешь!

ночь
– Мирек, это я. Открой! – прошептал Янек.
В темноте башня казалась огромным подпирающим небо столбом. Из щели между дверью в подвал и порогом, пробивалась узкая полоска света. Янек постучал еще раз.
– Ты там?
Дверь, приоткрылась и на улицу выглянула круглая физиономия.
– Я не могу тебя впустить. Норман оставил волшебный глаз.
– Какой еще глаз?
– Светящийся. Висит под потолком и следит за мной.
– Болван, – рассердился Янек. – Я же тебе говорил – старик только фокусы умеет показывать. Никакого волшебства!
– Но я сам видел!
– Ничего ты не видел. Ловкость рук. А глаз – обыкновенный светляк. Открывай дверь!
Мирек нехотя повиновался.
Подвал представлял собой большое прямоугольное помещение с земляным полом. Вдоль стен стояли большие, 200-литровые бочки.
– Там вино, – пояснил Мирек.
Лысый коротко кивнул и осмотрелся. Бочек было много, никак не меньше сотни, на каждой – зеленая печать волшебника.
– Рассказывай, зачем ему нужен охранник, – Янек прошел вдоль стен, высматривая потайные дверцы и сейфы.
Мирек покосился на волшебный глаз.
– Здесь есть какая-то бочка с очень дорогим вином. Норман хочет продать ее за 15 тысяч.
– За сколько?
Толстяк пересказал Янеку недавний разговор с магом, и добавил:
– Не припомню, чтобы у нас так просто всё получилось. Сам волшебник пригласил воров стеречь сокровище.
– Хватит болтать. – Лысый вытащил нож. – Ты сумеешь найти нужную бочку?
Толстяк почесал макушку
– Придется отпить из каждой по глотку. По идее, одно из вин должно сильно отличаться от остальных.
– Ага, – добавил Янек, – а к утру мы напьемся и не сможем выкатить бочку. Придется нюхать. А ты пока проверь – может, есть пустые бочки.
Толстяк пожал плечами и начал простукивать деревянные бока, стараясь издавать как можно меньше шума. Через несколько минут он заметил:
– Странно. Здесь только одна пустая бочка.
Янек подбежал к другу, поддел крышку бочки ножом и заглянул внутрь. На дне лежал небольшой ящик.
– Зачем хранить ящик в бочке? – спросил Мирек.
– Уходим. – Янек схватил ящик и потянул Мирека к выходу.
– Ты чего? А как же вино?
– Неужели не понял? – зашипел лысый. – Никто не станет прятать ненужную вещь. Не вино тебе надо было охранять. Норман правильно сделал – отвлек внимание на тяжелую бочку. Не каждый здоровяк ее утащит. А если утащит, волшебник всё равно ничего не теряет.
Мирек недоумевающее оглянулся.
– Ты уверен? Если сейчас уйдем, обратной дороги не будет! Давай хотя бы ящик откроем, может, он пустой?!
– Не здесь. – Янек снова схватил толстяка за руку и потащил к двери. – Я не знаю, что там, внутри, поэтому, чем дальше мы уйдем, тем безопаснее. Может, эта штука сумеет разбудить Нормана. Лучше открыть ящик где-нибудь подальше отсюда. В любом случае, я даю тебе полную гарантию – охранник нужен был именно для этого ящика. Уходим!
Мирек пожал плечами и вышел из подвала.

ДЕНЬ 2
раннее утро
Два молодых вора разместились в самом безлюдном месте города – таверне «Слепой музыкант». За старым клавесином действительно сидел слепой, но музыкантом он не был. Звуки, которые его длинные пальцы извлекали из недр инструмента, мог назвать музыкой только глухой.
– Хозяин, пива! – крикнул Янек.
Его спутник осмотрелся и понял, почему лысый выбрал именно это место. Грубые деревянные лавки отнюдь не блестели чистотой, а прислужница – пожилая матрона в красном переднике, скорее походила на толлиху, чем на женщину. Низкий потолок и практически полное отсутствие свечей делали таверну похожей на подвал, в котором, надо добавить, очень неприятно пахло. Всё это отнюдь не привлекло посетителей, поэтому в таверне, кроме них, была только полная рыжая дама с подносом за стойкой.
– Чем здесь воняет? – поинтересовался Мирек, когда «троллиха» принесла две большие кружки пенистого напитка.
– Меньше знаешь, лучше аппетит, – невозмутимо ответила прислужница и поставила кружки на стол. – Деньги-то у вас есть?
Янек похлопал ладонью по нагрудному карману, откуда явственно донеслось серебряное позвякивание.
– Откуда у тебя деньги? – шепотом поинтересовался Мирек, когда удовлетворенная звоном «троллиха», отошла к стойке.
– Это не деньги. – Янек вытащил из-за пазухи небольшие медные треугольники. – Защита от нечистого.
Мирек хмыкнул, сдул с пива пену и сделал большой глоток, но тут же закашлялся.
– За такое пиво действительно не стоит платить.
Лысый поставил деревянный ящик на стол.
– Открываем?
– Давай.
Крышка поддавалась плохо, пришлось воспользоваться ножом. Со стороны действия Янека выглядели подозрительно, но прислужница, хоть и наблюдала за ними, явно не проявляла никакого желания вмешаться.
Крышка щелкнула. Лысый осторожно открыл ее и обнаружил небольшой кинжал в серебряных ножнах.
– Здорово! – Мирек протянул руку за драгоценным оружием, но Янек ловко ударил его по кисти.
– Сначала я.
Ножны были украшены фигурками оленей, медведей, орланов и прочих живых тварей. Они были настолько искусно сделаны, что казалось, будто птицы действительно застыли в полете, а у зверей, если хорошенько приглядеться, были видны мельчайшие волоски шерсти.
– Красота!
Янек вытащил кинжал из ножен и отдал серебряный чехол своему спутнику. Нож, увы, был совершенно не драгоценный. Обыкновенная темная сталь.
– И зачем Норману такой кинжал? Ничего особенного. – Лысый повертел его в руках и провел пальцем по лезвию. – М-м-м, острый!
На подушечке большого пальца выступила кровь, одна капля осталась на лезвии.
– Осторожнее! Вдруг, он ядовитый! – предупредил Мирек.
– Поздно. – Янек пососал ранку. – Вот если бы вместо обыкновенного, это был золотой нож, мы бы разбогатели!
Мирек протянул руку и взял кинжал.
– Ты чего? Он же золотой!
– Как золотой!
Янек оторвался от созерцания порезанного пальца и посмотрел на кинжал. Лезвие бледно мерцало желтым, оно явно изменило цвет.
– Не может быть! – Янек был уверен, что не мог обмануться.
– Здесь просто очень плохое освещение.
«Троллиха» тем временем подошла к их столу и грозно спросила:
– У кого кинжал украли, молодцы?!
Янек торопливо спрятал оружие в ножны и убрал за пазуху.
– Ни у кого. Это наше. Бабка в наследство оставила.
Мирек поднялся.
– Эй! А платить! – Прислужница сунула в рот толстые пальцы и пронзительно свистнула. В помещение тот час вошли двое – лобастые, с узкими глазками и массивными челюстями, как две капли воды похожие на «троллиху». Только руки у них были гораздо мускулистее, да и весили килограммов на двадцать больше.
– Мы еще не закончили! – примиряющим тоном сказал Янек. – Выпьете с нами пива?
Лобастые гоготнули.
– Деньги давай, – взвизгнула прислужница.
Громилы, разделились и начали наступать. Янек вскочил и отодвинул толстяка за спину.
– Жаль, оружия нет, – вздохнул Мирек.
Лысый, не оглядываясь, снял с пояса нож и отдал товарищу, а сам вытащил из-за пазухи золотой кинжал. «Мальчики» не испугались и тоже вытащили оружие. Исход поединка был ясен заранее, профессия лобастых явно предполагала отличную физическую подготовку.
Янек натянуто улыбнулся.
– Может, сначала поговорим?
Нападающие засмеялись. Правый, тот, что был ближе, внезапно прыгнул, повалил обоих воров на пол и, размахнувшись, сильно ударил лысого по лицу. Второй вышибала молча встал неподалеку. Мирек откатился под соседний стол и замер. Янек, прикрыв подбитый глаз ладонью, выставил перед собой нож, но верзила сильным ударом вышиб оружие из его руки.
– Деньги давай.
Мирек, видя, что «тролли» полностью увлечены созерцанием поверженного, выполз из-под стола и потянулся за золотым кинжалом. Прислужница подскочила и ногой отшвырнула опасное оружие. Рассчитала она плохо, нож оказался в непосредственной близости от лежащего Янека, который тут же его схватил. Лезвие оставило на ладони длинную красную полосу, но лысый этого не заметил.
– Испугались!?
Он вскочил на ноги и сделал выпад в сторону одного из громил и пырнул его ножом в живот. Вышибала отшатнулся.
– Ваше пиво на пиво совершенно не похоже! К тому же, ты, сестренка, не долила до края добрых три пальца! – нагло заявил Янек, краем глаза наблюдая за прислужницей.
Мирек поднялся и занял оборонительную позицию рядом со своим спутником.
– Мы не будем платить за подделку.
Янек напрягся. Троллеобразные вышибалы оскалились. Правый посмотрел на расползающееся пятно на животе, но ничем не показал, что рана серьезна.
– Черт!
– А ты думал, они испугаются и убегут? – Мирек старался дышать медленнее, но его колени дрожали.
– Чтоб вы провалились! – Янек плюнул. В этот момент в таверне ярко вспыхнул голубой свет.

полдень
Янек перевернулся на живот и посмотрел в воду. Он лежал на самом краю овражка, на дне которого лениво журчал ручей. Синяк под глазом стал багровым, веко почти не двигалось, глаз заплыл и болел. После утреннего происшествия у его спутника, который совершенно не пострадал в драке, проснулась удивительная болтливость. Мирек лежал рядом и рассуждал вслух.
– Кинжал волшебный? – спросил он Янека.
– Откуда я знаю?
– Другого объяснения нет. – Толстяк задумчиво смотрел в небо. – Нож волшебный, если Норман нанимал охрану именно для него.
Янек фыркнул.
– Это ничего не значит.
– А, по-моему, значит. Вспомни, ты пожелал, чтобы кинжал оказался золотым. Твое желание исполнилось, и те двое громил провалились в подвал именно потому, что ты так захотел.
– Я выразился фигурально. – Янек улыбнулся, вспомнив собственное удивление, когда вышибалы внезапно покачнулись, земля разверзлась, и они упали в подвал, сопровождаемые ярким голубым светом.
– Не имеет значения, нож исполняет любые желания. Кстати, не мешало бы тебе и мое желание исполнить.
– Какое?
Мирек мечтательно улыбнулся.
– Для начала, хочу хорошо видеть.
– Для начала? – Янек тоже улыбнулся. – Если кинжал действительно исполняет желания, ты совсем меня замучаешь.
Он вытащил кинжал из ножен и сказал:
– Пусть у Мирека будет хорошее зрение.
Толстяк недоумевающе смотрел вдаль.
– По-моему, ничего не изменилось.
– Подожди, нужно время.
– А в подвал вышибалы провалились сразу, как ты произнес желание. Вспоминай, что еще делал?
– Ничего не делал.
Мирек взял нож из рук товарища и вгляделся в лезвие.
– Кажется, он стал не таким желтым.
Лезвие блестело, но уже по-другому, кинжал приобрел розовый оттенок.
– Это, наверное, потому, что я проткнул одному вышибале живот.
– А ты уверен, что до того он не был розовым?
– Я уже ни в чем не уверен. Да и какая разница? Лучше посмотри, кажется, мне под одежду забрался жук.
Янек снял хлопковую рубашку. Мирек вскрикнул.
– У тебя тут какие-то пятна.
Янек завел руку за спину. Действительно, два участка кожи имели неприятную шероховатую корку, видимо, это они вызывали непрекращающийся зуд.
– Как они выглядят?
– Коричневые, скорее даже серые и очень противные пятна. Чем-то напоминают змеиную кожу. – Мирек поморщился, на всякий случай вытер руки о штаны и отошел. – Не дотрагивайся до меня.
– Наверно какое-нибудь раздражение. – Да не бойся ты, я не собираюсь с тобой обниматься. – Янек оделся. – Надо бы к доктору сходить. Может, знаешь хорошего лекаря?
Мирек, успокоенный тем, что его товарищ не впадает в панику, радостно кивнул.
– Знаю. Нэнна. Лечит все, но живет далеко.
– Где?
– Три дня пешком.
– Да уж.
– Может, – толстый посмотрел вдаль, туда, где виднелись башни города, – ты всё же попробуешь с ножом… Я до сих пор ничего не вижу. Вот если бы ты научился исполнять желания, мы сразу оказались у целительницы.
Янек вздохнул и сел. Вытащив кинжал из ножен, он посмотрел на лезвие, которое бледно отсвечивало розовым.
– Ты же сначала пожелал сделать кинжал золотым, а потом сказал, чтобы громилы провалились. Возможно, есть слово или действие, может, ты думал о чем-нибудь?
– Не знаю. В первый раз я просто смотрел на нож. Он был очень острый, и я порезался, а во время драки ни о чем не думал.
– Но тоже порезался! – торжествующе закончил Мирек. – Посмотри на ладонь!
Янек внимательно осмотрел руки. Ранка на большом пальце почти зажила, но через ладонь от основания большого пальца до запястья тянулась тонкая красная полоса.
– Это кровь! – Янек улыбнулся, взял кинжал в левую руку и уколол мизинец.
– Хочу, чтобы Мирек стал хорошо видеть!
Толстяк зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что стены города сложены из крупного камня, что башня волшебника Нормана находится не совсем в центре и на самой верхушке ее развевается голубой флаг – символ волшебства. Край флага растрепался, а шест, на который он был посажен, медленно покачивается в такт ветру.
– Янек! – Толстяк не находил слов. – Это просто чудесно! – он подошел к своему спутнику и неловко его обнял.
– Я же заразный!
– А мне всё равно. Я вижу! Янек, у тебя получилось!
Мирек отошел в сторону и отвернулся.
– Да ладно тебе, – Янеку стало неловко. – Давай лучше закажем себе шикарный обед!
Толстяк вытер лицо и улыбнулся.
– Давай. Только, чур, меню выбираю сам!

ближе к вечеру
Пообедав, молодые люди снова легли на траву.
– Значит, кинжалу для исполнения желаний нужна кровь?
Янек кивнул.
– Но зачем?
– Какая разница, главное, теперь нам не о чем беспокоиться.
– Мы можем воровать у кого угодно! Слышал, что в соседнем Биргерме у главы города есть огромный бриллиант. Давай его украдем!
Лысый улыбнулся.
– Зачем же красть? Стоит пожелать, и бриллиант окажется прямо здесь. Ну, хочешь на него посмотреть?
Толстяк кивнул. Янек вытащил нож и, порезав средний палец, произнес:
– Хочу, чтобы бриллиант, о котором говорил Мирек, появился здесь.
Медленно проявляясь в воздухе, на траве материализовался большой сверкающий камень.
– Вранье! Дай слово, что никогда не будешь верить слухам! – разочарованно вздохнул Мирек. – Я слышал, что бриллиант размером с яйцо орлана, а он даже до куриного не дотягивает.
– Да и не бриллиант это, – засмеялся Янек. – Вот бы мы попались, если пошли воровать! Это обыкновенный горный хрусталь, просто очень искусно обработан!
– Хрусталь?! – Мирек разочаровано отодвинул камень в сторону. – Обманщик. Я ведь у него золото покупал. Небось, тоже обманывал.
– А зачем тебе золото?
– Чтобы продать подороже. Это бизнес, молодой человек!
Они засмеялись.
– А что ты себе пожелаешь? – спросил Мирек. – Может, лысину волосами прикроешь? Кем хочешь стать – брюнетом или блондином? Говорят, девушкам больше блондины нравятся.
– Мне и лысым хорошо. Во-первых, летом не жарко, а во-вторых, девушкам нравятся не волосы, а кое-что другое, и с этим у меня – полный порядок.
Они снова засмеялись.
– Тогда давай к знахарке отправимся,- предложил толстяк, – очень приятная женщина, между прочим. Или ты теперь своими силами справишься?
Янек снял рубашку и повернулся спиной к товарищу.
– Боже! Тебе обязательно нужно сходить к Нэнне. По-моему, пятна увеличились. А ну, повернись! – Мирек осмотрел лысого со всех сторон, – придется все-таки волосы заказывать. У тебя на затылке скоро будет пятно – кожа потемнела.
Янек вытащил золотой кинжал и уколол ладонь. Капля крови впиталась в лезвие; кинжал окончательно потерял желтый блеск, окрасившись в ярко-розовый.
– Хочу быть здоровым!
Мирек обошел своего спутника и отрицательно покачал головой. – Пятна на месте, и растут прямо на глазах.
Янек почесал голову.
– Придется навестить твою колдунью.
– Она знахарка.
– Пусть так. Но кинжал-то, почему не сработал?

вечер
Нэнна жила в небольшом деревянном домике на краю леса. Единственная комната была разделена небольшой перегородкой. На одной половине знахарка хранила книги и целебные травы, а на другой – стоял большой лежак для посетителей.
– Нэнна! – Толстый вошел без стука, но женщина вроде и не удивилась, будто ждала гостей.
– Заходи, Мирек. И ты тоже.
Знахарка была высокой и стройной женщиной. Серые глаза смотрели открыто, на красивом лице не было ни одной морщинки.
– Знаю, зачем пришли.
Мирек кивнул.
– Это Янек.
– Хорошо. Раздевайтесь, молодой человек, взгляну на ваши болячки.
Янек снял рубашку и повернулся к знахарке спиной. Та долго разглядывала его, щупала и даже лизнула одно из пятен. Мирек поморщился и отвернулся.
– Процесс необратим и, увы, неизбежен, – сказала Нэнна.
– И что это значит?
– Болезнь волшебная, – сказала Нэнна. – У меня нет силы, чтобы справиться с ней. Судя по всему, это сложное заклятие, которое может снять только тот, кто его наложил.
– А ты?
Янек надел рубашку и пощупал затылок. Уже почти половина головы было занято непонятными чешуйчатыми образованиями, которые ужасно чесались.
– Я могу помочь лишь этим.- Знахарка достала с полки небольшой пузырек. – По крайней мере, чесаться не будет.

ночь
– Янек, ты спишь?
– Нет.
Воры остались ночевать в хижине Нэнны, которая ушла в лес за редкими травами, цветущими только в полночь. Луна ярко светила в окно и Мирек видел, как Янек морщится, переворачиваясь на спину.
– Болит?
– Нет. Просто неприятно.
– Ты думаешь это Норман? – Мирек понял, что этой ночью его спутник, скорее всего, будет бодрствовать, размышляя о причинах болезни.
– Вряд ли. Скорее всего, виноват кинжал. Норману не под силу заклятье, которое не может снять знахарка. Наверное, нож все-таки ядовитый.
– Тогда выбрось его.
– Думаю, слишком поздно. У меня уже и на руках пятна пошли. Хорошо, хоть на лице пока ничего нет.
– Что делать будем?
– Спать. Завтра посмотрим. Может, за ночь всё пройдет.
Мирек мысленно поежился.
– Надеюсь, тебя не будут мучить кошмары.
– Вряд ли. – Янек достал кинжал и уколол палец. – Пусть мне приснится хороший сон.

ДЕНЬ 3
утро
Мирек проснулся от женского визга. Нэнна, вернувшись из леса, заглянула на половину гостей и закричала. Он повернулся туда, куда смотрела знахарка, и тоже чуть не закричал. Человеческой кожи на теле Янека практически не осталось. Всё тело было покрыто большими темно-коричневыми чешуями, на голове вырос небольшой гребень, лицо вытянулось вперед и тоже покрылось чешуей.
Янек испуганно взирал на руки – указательные пальцы срослись со средними, образовав толстые малоподвижные конструкции.
– Что это? – Мирек вскочил, подбежал к Нэнне, но та, выронив траву из передника на пол, выскочила из дома.
– Черт! Черт! – Янек метался по хижине в поисках зеркала.
Мирек подбежал к товарищу.
– Не трогай меня! – Янек отшатнулся от толстяка и выбежал за дверь.

день
– Ну, как ты? – спросил Мирек.
Они стояли в центре большой поляны в лесу. Янек в приступе паники, бежал, не разбирая дороги, а толстый изо всех сил работал ногами, чтобы не отстать. Теперь они заблудились, но пока с ними был кинжал, бояться нечего.
– Плохо. – Янек прислонился спиной к сосне и закрыл глаза. – Я очень страшный?
– Да. – Мирек не стал лгать.
– И за что мне такое наказание? – пробормотал вор. – Ну, крал, ну, обманывал, а кто безгрешен?
Толстяк молчал, он не знал, чем помочь стоящему у дерева существу.
– Когда мы начали работать вдвоем, – сказал Янек, – я еще не знал, что встречу настоящего друга. Думал, будем вместе воровать, ругаться и следить, как бы кто чего не припрятал. А ты, совершенно другой. Ты – слишком правильный, для вора. Почему ты пошел со мной?
Мирек прислонился спиной к противоположной стороне ствола.
– Просто я верю людям. Но люди не всегда оправдывают доверие. А ты, по крайней мере, ни разу не солгал.
Янек улыбнулся и в голосе его зазвучали подозрительно высокие нотки.
– Но теперь-то ты уйдешь? Ночью, пока ты спал, я трижды пытался исправить ситуацию, но ничего не помогло, только руки исколол. Посмотри на меня! Кинжал стал красным. Наверное, он действительно отравлен.
– Тогда не пользуйся им больше! – Мирек вспомнил, как просил Янека исправить ему зрение. – Отмени все желания, пусть всё вернется на тот момент, когда мы еще не прочли объявление Нормана. Пусть его прочтет кто-то другой!
– Я не могу.
– Но почему! Последнее желание – и всё станет как прежде.
– Время нельзя вернуть. – Янек сполз на землю и обхватил руками колени.
– Откуда ты это знаешь? Откуда ты вообще столько знаешь о волшебниках?
– Раньше я тоже был волшебником с магическими знаниями третьей ступени.
– И что?
– И провалил экзамен на вторую ступень.
– Расскажи мне!
Янек посмотрел на свои руки, покрытые мелкой чешуей.
– Тогда ты станешь меня презирать. А я бы не хотел, чтобы ты …
Толстяк взял изуродованную руку существа, в которое превратился Янек, в свою ладонь.
– Я тебя не брошу, – сказал он. – Я не бросаю друзей.
Янек потрогал лицо, которое превратилось в чешуйчатую маску, и начал рассказывать.
– Я родился в семье волшебника и знал, что когда вырасту, над моим домом тоже будет развеваться голубой флаг. Я рано дошел до третьей ступени, и в восемнадцать мне было позволено сдать экзамен на вторую. От темы эксперимента, позволяющего перейти на ступень выше, зависела квалификация. Мой отец был специалистом по заболеваниям, мама тоже была лекарем, но она занималась исключительно чувствами. Мне всегда казалось, что профессия отца материальна, а то, чем занималась мама, на самом деле никогда не существовало. Незадолго до ее смерти я поклялся проверить ее теории.
– И ты проверил? – спросил Мирек.
– Проверил. Темой моего эксперимента было изучение «сокровищ недр». Относилась она вовсе не к земной поверхности, а к глубинам человеческого сердца. Чистота помыслов, верность, преданность, дружба – то, чем занималась моя мама. В существовании этого я и хотел убедиться.
– И что же ты придумал?
– Срок небольшой – всего три дня. Известие о возможности перехода на вторую ступень застигло меня врасплох, поэтому я был совершенно не готов. Но, видимо, судьбе было угодно, чтобы я нашел свою тему. Я познакомился с девушкой. У нее был жених, они любили друг друга и хотели пожениться. За три дня я заставил ее забыть жениха, – вздохнул Янек. – Выводы эксперимента были отнюдь не радужными. Я не любил ее.
– А жених?
– Я никогда не видел его, говорят, он был состоятельным человеком, но после того, как Божена влюбилась в меня, ушел в лес и не вернулся. – Янек поднял глаза на друга. – За убитую любовь и два несчастных сердца меня лишили силы и приобретенных знаний.
Мирек грустно улыбнулся.
– Я знал эту девушку. Я слышал, она недавно вышла замуж.
– А ее жених?
– Не знаю. – Мирек отвернулся.- Я обещал, что не брошу тебя. Поэтому твой эксперимент вполне удался. Дружба есть. И любовь тоже.
Янек вытащил из-за пояса кинжал.
– Теперь я могу всё исправить. Нужно найти того парня – ее жениха.
– Зачем? Божена счастлива, к тому же, прошло слишком много времени. Лучше скажи, почему ты стал вором?
– Пытался найти сокровище если не в сердцах, то карманах, – улыбнулся Янек. – Хотел заполнить пустоту в душе. Теперь это неважно. В жизни мне осталось только одно. Сейчас я выведу тебя из леса.
– А ты?
– Что мне делать в городе? Пугать детишек? Построю себе дом, и буду жить в лесу. С кинжалом я не пропаду, не волнуйся.
Толстяк ничего не успел ответить. Янек порезал руку.
– Хочу, чтобы Мирек оказался в центре города, чтобы у него был дом и сундук с золотыми монетами.

ДЕНЬ 4
раннее утро
Над башней волшебника с магическими знаниями третьей ступени Нормана Трея Девятого кружил коричневый чешуйчатый дракон. Волшебник не спал. Через разбитое стекло круглого окна он видел большую тень и готовился к битве. Он достал из-под кровати посох, напялил на голову колпак и осторожно выглянул на улицу.
Дракон сделал несколько широких кругов, постепенно снижаясь на крышу, неловко задел хвостом голубой флаг, отчего древко переломилось, и знамя волшебника полетело вниз.
Приземлившись, дракон неуклюже заскользил по черепице и, осторожно наклонив голову, заглянул в комнату. Стоя рядом, Норман чувствовал смрадное дыхание чудовища и, зажмурившись, высунул в окно посох. Палка попала дракону в глаз, крылатый монстр взревел. Развернувшись, он потянулся к окну трехпалой лапой. Норман не выдержал, и отбежал к двери. Лапа на мгновение замерла у окна, и в комнату, сверкая рубиново-красным, влетел небольшой кинжал в серебряных ножнах с изображением большого дракона. От резкого движения, черепица на крыше начала съезжать вниз и дракон, взмахнув перепончатыми крыльями, тяжело полетел к лесу.

день
Черная сова влетела в разбитое окно и устроилась на столе, прямо перед носом Нормана.
– Как дела?
Волшебник поднялся и поклонился.
– Эксперимент готов. Осталось переписать на чистовик и отправить.
– И какой эксперимент ты придумал?
Норман с гордостью протянул Высочайшему Посланнику свиток.
– Эксперимент по выявлению внутреннего облика, – прочитала сова. – Интересно. А в чем суть?
Норман приосанился, заложил руки за спину и ответил:
– Суть во внутренней сущности.
Сова пробежалась глазами по строчкам и замотала головой.
– Ничего не понимаю, у тебя сказано: «человек превратился в дракона». Где же тут сущность?
Волшебник поднялся и прошелся по комнате.
– Кинжал сам по себе не опасен, опасны лишь желания, которые он исполняет. Каждая капля крови, которую впитывает его лезвие, несет информацию. Нож определяет, кем человек является на самом деле. Я не виноват, что вор оказался драконом, характер у него такой.
– Какой? – переспросил Высочайший Посланник.
– Драконий. Янек далеко не дурак, но многого не понимает. Например – в жизни за всё нужно платить.
Сова моргнула.
– Он так и останется драконом?
Норман удовлетворенно кивнул.
– По крайней мере, одним вором станет меньше.

вечер
К бревенчатому дому в центре леса подлетела большая черная сова. Она приземлилась у порога и отряхнулась.
– Кто там? – зарычал дракон.
– Это я!
– Ты один?
– Да.
Дверь распахнулась.
– Тогда заходи.
Толстый молодой человек в теплом свитере и полосатых гамашах посмотрел на дракона.
– Бедный Янек!
Дракон неловко приблизился к гостю и обнял его.
– Как хорошо, что ты пришел, Мирек.
Высочайший Посланник похлопал дракона по плечу и отошел.
– А скажи, если бы был шанс вернуть твой прежний облик и потерять кинжал, ты бы согласился? Или, может, тебя устраивает нынешнее положение, ведь стоит только захотеть – исполняется любое желание?
Дракон вздохнул и переступил с ноги на ногу.
– У меня больше нет кинжала. Я отнес его Норману.
Мирек хитро прищурился.
– Значит, ты бы всё вернул?
– Да. Я хочу, чтоб ты знал еще одну вещь. Конечно, время нельзя повернуть вспять, но я постарался исправить ошибки. Как мог. Помнишь, я рассказывал тебе про Божену?
Мирек кивнул.
– Я подарил ей возможность исполнить свое самое заветное желание. А еще узнал, что жених Божены жив. Я перед ним так виноват! Его самое заветное желание тоже исполнится. Надеюсь, он будет счастлив.
– Будет. – Мирек кивнул. – Мое самое заветное желание, чтобы ты вновь стал человеком!

ДЕНЬ 5
утро
Высочайший Посланник в облике большой черной совы влетел в комнату на самом верху башни. Приземлившись на стол, сова посмотрела на Нормана, который еще не встал с постели.
– Дракон не зря сломал твой флаг, иначе мне пришлось бы сделать это самому.
– Но почему? – Норман откинул одеяло, вскочил и чуть не упал.
– Норман Трей Девятый! – строго произнесла сова, – Вы обвиняетесь в нарушении законов о непричинении вреда, о ненанесении душевных ран, о неприменении жестокости, а также о неправомерном использовании магических предметов высшей ступени. За это вас лишают всех приобретенных способностей.
Норман всхлипнул.
– Но, учитывая то, – продолжила сова, – что ваш эксперимент оказался полезным для потерпевшего, наказание смягчается. Вы изгоняетесь из города, переводитесь на новое место жительства – в лес, в дом, построенный драконом, и теряете две ступени магического искусства.
В комнате на самом верху башни ярко вспыхнул голубой огонь, и Норман исчез. Большая черная сова равнодушно посмотрела на лежащий на полу колпак, и вылетела в окно.

день
Они сидели в таверне «Слепой музыкант», там, где три дня назад началось волшебство. За старым клавесином пил пиво слепой музыкант.
– Я рад, что всё так закончилось, – сказал Мирек.
– Что будем заказывать, мальчики? – спросила уже знакомая официантка.
– Мы еще не знаем, чего хотим, – сказал Янек.
– Зато я знаю, – ответила «троллиха» и грустно посмотрела на Мирека.
Высочайший Посланник поежился, по спине пробежал холодок. Женщина провела пухлой рукой по лицу, и молодые люди увидел, как официантка преображается. Исчезли морщины, кожа стала гладкой и светлой, живот уменьшился и стал плоским, руки похудели…
– Божена! – Мирек поднялся и замер.
– Божена? – Лысый не мог поверить тому, что видел.
Девушка, которую воры совсем недавно мысленно называли «троллихой», села за столик единственных посетителей таверны и подперла рукой щеку.
– Приятно познакомиться, – сказала она и улыбнулась.
Мирек опустился на стул.
– Я думал, ты вышла замуж, – сказал он, глядя на безымянный палец девушки.
– Слухи сильно преувеличены, – Божена вздохнула. – Я должна попросить у вас прощения.
– Прощения? – хором воскликнули молодые люди.
– Это я должен молить тебя о прощении, – сказал Янек. – Я виноват в том, что обманул, заставил влюбиться в себя и уйти от Мирека.
– Божена прижала палец к губам и прикрыла глаза.
– Думаете, я ничего не знала? Простите меня, мальчики. Когда мы встретились с тобой, Янек, я была волшебницей, но для перехода на первую ступень, нужно было провести эксперимент.
– Ты была волшебницей! – хором воскликнули молодые люди.
– Не перебивайте. – Божена нахмурилась. – Мой эксперимент был очень похож на тот, что проводил Янек. Только он исследовал «сокровища недр», а я взяла более конкретную тему: «чистота сердца». Прости меня, Мирек. Я не должна была говорить тебе, что ухожу к Янеку из научных соображений. Я знала – ты обязательно найдешь Янека, но не сможешь причинить ему вреда и станешь настоящим другом. Это и есть чистое сердце.
Янек вздрогнул и посмотрел на Мирека.
– Так ты присоединился ко мне, чтобы отомстить за Божену?
Высочайший Посланник кивнул.
– Но я ничего не смог сделать. Ведь мы действительно стали друзьями?!
Янек вздохнул.
– Создается впечатление, будто мы все друг друга обманывали. Я вот одного не могу понять. Помнишь, когда ты была «троллихой» и мы с Миреком дрались с вышибалами, зачем ты оттолкнула от меня золотой кинжал?
– Я не от тебя оттолкнула, – ответила Божена. – Я хотела, чтобы нож попал к Янеку. Ему он был гораздо нужнее.
– Да уж. – Янек вспомнил, как вышибалы провалились в подвал. – А зачем ты вообще вызвала этих громил?
– Мне же нужно было соответствовать новому облику!
– И что же нам теперь делать? – Янек посмотрел на друга.
– Жить, – ответил Мирек. – Теперь у нас есть сундук с золотом, этих денег хватит на троих. С воровством покончено, да и какие из нас были воры?! Если б я вовремя не закрывал хозяевам глаза, нас давно бы уже поймали.
– Обманщик! – Янек шутливо ударил друга по плечу.
– И с обманом покончено, – сказала Божена. – Теперь я получила первую ступень и могу позволить себе содержать лавочку получше, чем «Слепой музыкант».
– А что будет с нами? – Мирек накрыл ладонью руку Божены.
– А с нами всё будет хорошо. Я обещаю.
Янек улыбнулся и отвернулся, когда губы его друга ласково прикоснулись к губам Божены.
– Всё будет хорошо.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.