Меч и щит. Часть 3. Роковой приворот.

— Нет никого лучше тебя, — в очередной раз заверила своего гражданского мужа Мария Семенова, продолжая беспечно разглядывать только что вошедшего довольно импозантного мужчину лет сорока. Впрочем, это можно было списать на простое любопытство: как никак сам Лев Петрович Прощин, владелец сети магазинов и нескольких самых элитных ресторанов города, а главное Магистр, хоть и не такой уважаемый как Арканум.
— Я предпочитаю так и думать, — бросил Аркадий Даниилович и на некоторое время отставил Машу, отправившись приветствовать очередного гостя. А гостей на Дне Рождения мэра города (которое было первого марта) собралось уже предостаточно и ожидалось еще столько же. Устроить такой праздник было делом хлопотным и ответственным, но Арканум как всегда перепоручил эти заботы своей любимой помощнице, помешав Машиным планам съездить в Прагу на конференцию адептов. «Какая Прага? Какие адепты? — отмахивался он. — Летом полетишь в Египет. Знаешь, какая у пирамид энергетика!»
Мария тем временем подошла к даме, появившейся под руку с Львом Петровичем, очевидно, его любовнице.
— Эммочка, дорогая! Как хорошо, что ты нас посетила! Как жизнь? Как ребенок?
Женщина не смогла скрыть своего удивления, она уставилась на Машу с непонимающим и откровенно тупым выражением. Она не могла вспомнить, чтобы они с ней где-то встречались, но откуда тогда ей известно ее имя?
— Ребенок? У меня нет никаких детей, — ответила женщина, встревожено озираясь по сторонам и выискивая среди гостей своего спутника.
— Извините. Я ошиблась, нет у Вас никаких детей, — поспешила заверить взволнованную даму Маша. «Теперь точно не будет», — добавила она про себя, впитывая энергию еще не родившегося ребенка и в свою очередь тоже оглядываясь: как бы Магистры не заметили. Хотя Льву Петровичу вовсе не нужны были лишние наследники, так что пусть благодарит ее за услугу.
«Эммочка» поспешила убраться подальше от странной собеседницы, а Маша, улыбаясь хорошему началу вечера, пригубила шампанского, которое разносил официант, и невольно принялась разглядывать свое собственное изображение на блестящей поверхности бокала. Впрочем, Мария всегда выглядела безупречно. В честь праздника она надела вечернее платье, привезенное из Италии, и сделала новую прическу.
— Нет никого лучше тебя, — передразнил ее Арканум, незаметно подойдя сзади.
— А я и не сомневалась, — Маша отложила бокал и проследовала вместе с ним к гостям.

***
Веселье было в самом разгаре. В кои-то веки друзьям-оперативникам удалось выбраться на природу. Пиво остужалось прямо в речке, впрочем, как и некоторые добровольцы, отважившиеся окунуться в воду в начале марта. На это их вдохновила обманчиво теплая и солнечная погода, более характерная для конца апреля или даже мая. Все прочие расположились у привезенного мангала в ожидании горячих и невероятно аппетитных шашлыков. Раззадоренные свежим воздухом и выпитым спиртным работники милиции принялись орать песни о своей опасной и трудной службе.
— Чё ты, Пашка, как неродной? Не парься. Не на дежурстве все-таки, — порекомендовал Димка, один из отдыхающих, своему приятелю, Павлу Золотареву, который целый день был каким-то мрачным и молчаливым.
— Точно! Раскис совсем. Слушай, раз тебе все равно делать нечего, сходи за пивом, — присоединились остальные.
Паша нехотя поднялся на ноги и пошел к речке. Вернулся уже с ящиком.
— Вот это другое дело! Наливай!
И Пашу на некоторое время оставили в покое. Все, кроме одного. Азамата.
— Полная луна, э?
Такое неожиданное утверждение заставило Пашу внимательнее присмотреться к своему новому коллеге. Невысокий, плечистый, с колоритной кавказкой внешностью и приятной улыбкой на лице, он не располагал к общению, но и не отталкивал. А хитрый огонек в глазах вкупе с короткими и странными высказываниями добавляли в его образ какую-то тайну.
— Что? — решил переспросить Паша.
— Полная луна, говорю. Да? Это она такую шутку с тобой сдэлала. Она как жэнщина. Ни жить спокойно не дает. Ни умэреть.
— Как догадался?
— Да, видно, брат, — вздохнул Азамат. — Я пойду. Кто там кроме меня настоящий шашлык сделает? Да.
Азамат оказался прав. Сегодня действительно было полнолуние, и организм бывшего адепта учения Арканума каждый раз требовал энергетической подпитки. И никогда ее не получал. А ведь именно в полнолуние мистические способности проявлялись наиболее сильно.

***
— Как прошла твоя встреча с Львом Петровичем? — поинтересовалась Маша.
— С Леором?.. Предсказуемо, — подобрал нужное слово Арканум. — Я думаю, он все еще считает, что в состоянии противостоять нам.
— И что?
— Он боится меня. Поэтому первым приступит к активным действиям. Думаю, Лева уже понял, в чем заключается моя слабость.
— А она есть?
— Во всяком случае, он так считает. И при первой же возможности попытается тебя похитить.
— Чтобы оказывать давление. Но я же буду сопротивляться!
— Поверь, никто не сомневается в твоих способностях. Более того, все знают, что ты моя лучшая ученица. Но необходимо еще кое-что?
— Защита?
— Верно.
Разговор проходил в кабинете Аркадия Данииловича, специально предназначавшемся для сугубо конфиденциальных разговоров. Профессионально начертанный на столешнице Аркан Секрета соответствовал своему названию: говорящие могли быть уверены, что ничего из произнесенного не станет известно посторонним лицам.
— И как ты мне ее обеспечишь?
Арканум придвинулся поближе к своей собеседнице и пристально посмотрел на нее. Его пронзительный холодный взгляд мог выдержать не каждый, но Маша не отвела глаза.
— Тебе придется немного поработать самой. И от твоего старания будет зависеть успех всего дела. Единственное, на чем я настаиваю, не увлекайся.
— Что ты имеешь в виду?
— Мы используем Щит добровольной жертвы. Ты должна будешь обработать одного человека так, чтобы он был готов умереть за тебя. А потом в игру вступлю я, и свежий труп отдаст тебе свою защиту.
— И кто будет жертвой?
— Самый оптимальный вариант, чтобы жертва сама обладала достаточными способностями, не так ли? Или собственным щитом.
— Я кажется поняла, кого ты имеешь в виду.
— Так чего ты ждешь? Действуй.
Маша резко развернулась и вышла из кабинета.

***
Паша все еще ютился в общежитии. Перспектива когда-нибудь поселиться в собственной квартире казалась туманной и несбыточной. Тем не менее, мечтать, как говорится, не вредно.
Димон рывком распахнул дверь комнаты и вошел, что-то напевая себе под нос. Он жил вместе с Павлом и был одним из самых шумных жильцов, а также тем еще ловеласом.
— Пляши. Сегодня на твоей улице праздник, — заявил Дима прямо с порога.
— Что ты имеешь в виду?
— С тобой одно баба хочет познакомиться. Фигура – супер! Есть на что посмотреть. Подходит, значит, такая ко мне в отделении. И начинает распинаться. Мол, вы с этим молодым человеком знакомы, он мне типа так понравился, но я вся такая скромная и стеснительная. На танке не подъедешь, блин. Не могли бы Вы мне помочь, говорит.
— А ты что?
— Я тебе друг или кто? — делано обиделся Дмитрий. — Свиданку обговорили. Ты сегодня с ней встречаешься в семь в кафе «Атлантида». Я тебе денег могу занять.
— А с чего ты решил, что я хочу с ней встречаться?
— А с чего нет? Ты мужик или кто?
— Какая она хотя бы?
— Я же сказал. Высший класс!
— Это мне еще ни о чем не говорит. Цвет волос, глаз.
— Ну, ты блин даешь. Тебе фоторобот не составить?! Ладно, слушай: рост выше среднего; волосы темные, прямые; глаза зеленые, кажется. На запястье татуировка в виде меча. Одежда черная, макияж – яркий, специфичный. Женщина-вамп.
— Не в моем вкусе. Только вампирш мне и не хватало.
— Это образно! Что ты помешался на своей нечисти?! Кругом ему колдуны, демоны мерещатся. Ты сам еще на луну не воешь?
— Да ну тебя, — махнул рукой Паша. Если бы Димка только знал, насколько он близок к истине…

***
Ранней весной темнеет быстро. Девушка шла по плохо освещенной улице, стуча каблучками и покачивая бедрами. Тусклый свет фонарей позволял составить представление об ее безупречной фигуре. «Красивая, блин…» — отметил про себя Крейзи. Он как самый крутой из всей компании прыщавых, прокуренных парней, просто обязан был подойти и познакомиться. Для начала.
— Сигаретка не найдется, подруга?
Девушка одарила его презрительным взглядом:
— Курить вредно.
— Что? Ну, ты… Я не понял, ты че о здоровье переживаешь? Обалдеть!
Подошедший Маньяк тут же взял инициативу в свои руки:
— Девушка, а вот я не курю. Видите как у нас много общего.
— Честно говоря, не вижу.
— А то! — обрадовался Крейзи. — Он же больше всех смолит, в натуре! А у меня тренажеры дома всякие есть. Для здоровья типа. Пойдем ко мне, покажу.
Он схватил ее за руку и сделал попытку потащить за собой. Как ни странно хрупкая девица даже не сдвинулась с места.
— Давай же, не ломайся. А тебе что, не нравлюсь?
— Нас тут много, — вставил Маньяк, подбегая с другой стороны и подзывая остальных. — Скучно не будет!
— Да, чем больше, тем лучше, — красавица одарила Маньяка ослепительной улыбкой. — И знаете, думаю, вы действительно сможете удовлетворить мои потребности.
Парни не ожидали такого взаимопонимания, но согласно закивали. Между тем девушка уже достала что-то из сумочки.
— Это че такое? — не сразу сообразил Крейзи, глядя на дуло, направленное на него.
— Да это ж водяной пистолет, — расхохотался Маньяк. — Девочка хочет поиграть!
Маньяк схватился за живот и согнулся как бы в беззвучном смехе, но его лицо почему-то стало неестественно бледным. Из зажатой пальцами раны потек красный ручеек. Выражая свое удивление на великом и могучем русском матерном, хулиганы бросились бежать со всех ног.
Ледяные пули догнали каждого.
Девушка спрятал пистолет обратно в сумочку и подошла к одному из тел. Белые костяшки его пальцев все еще сжимали сигарету. Багровая кровь из простреленной вены окропила пыльный асфальт.
— Курить вредно… — хмыкнула девушка и, смахнув с черного платья несуществующую пылинку, принялась впитывать энергию Насильственной смерти.
А в темноте, припарковав свой джип за поворотом, за ней наблюдал наемник. Он решил пока переждать с выполнением приказа Леора похитить девушку, убедившись, что та сейчас находится в достаточно хорошей форме.

***
В кафе-баре «Атлантида» Паша бывал нечасто. Как-то там собирался мальчишник перед свадьбой одного сослуживца, еще пару раз его брал с собой Дмитрий, когда его посещала навязчивая идея познакомить с кем-нибудь своего друга. Теперь вот Паша пришел один, ожидая загадочную незнакомку. Но и это было по вине того же Димы.
За окном уже стемнело, но зал был полон яркого света. Гремел какой-то новомодный хит о любви. На танцплощадке зажигали молодые парочки. У барной стойки спивались клиенты постарше. Паша выискивал глазами стройную темноволосую девушку, назначившую свидание. Собственно кандидаток было предостаточно, но все они пришли со своими кавалерами. Так Паша прождал около получаса и от нечего делать стал смотреть в окно, а не на посетителей «Атлантиды».
— Ну, здравствуй, Пашенька! — услышал он приятный, смутно знакомый голос. Пришлось обернуться.
— Это ты?! — чуть не выкрикнул он. Это была далеко не незнакомка. Может быть, она и изменилась за те долгие годы, что они не виделись, но ее взгляд, ее лицо, ауру, в конце концов, Паша помнил слишком хорошо. Эта женщина являлась ему во снах на протяжении нескольких лет. Преимущественно в кошмарах…
Маша Семенова выглядела в точности так, как описывал ее Димон. Красивая, эффектная, роковая… Но в то же время в ней многое осталось и от той тринадцатилетней девчонки, которая училась вместе с Пашей в школе-интренате «Цветы жизни».
— Я присяду, ты не против? — Маша опустилась на соседний стул. — Что будем заказывать?
— Что ты тут делаешь?
— Как грубо… У нас свидание между прочим.
— Зачем я тебе понадобился?
— Хочу получше с тобой познакомиться.
— Зачем?
— В последнее время я часто о тебе думаю. Знаешь, я глубоко раскаиваюсь в том, что совершила. Вернее, что могла совершить.
— Ты просишь прощения за неудавшееся убийство?
— Именно. Пойми, я сама не понимала, что делаю. Учитель имел большую власть надо мной.
— Но я же смог противиться его воле, — буркнул Паша. — А ты всегда его обожествляла.
— Поверь, я уже не та, что раньше. Tempora mutantur, et nos mutamur in illis (*Времена меняются, и мы меняемся с ними).
— Честно говоря, я уже подзабыл латынь. Этот язык вызывает у меня неприятные ассоциации.
— Прости, я не хотела. Но ты же помнишь, как нам все преподавали на латыни? Правда, в программе еще и другие языки, конечно, имелись. И тоже много приходилось учить. Фрау Капут, например, всегда такая строгая была… И между нами, тупая как голем.
Паша удивленно покосился на собеседницу. Ее что, ностальгия замучила?
Но девушка закончила перебирать воспоминания. Она в свою очередь выказала изумление:
— Может, все-таки закажем что-нибудь? Как насчет шампанского в честь встречи? — После некоторой паузы она добавила. — Я оплачу.
— Не стоит. Я схожу за шампанским. Что-нибудь еще?
— Спроси у них меню, пожалуйста, — беспечно ответила Маша.
Кафе-бар «Атлантида» был довольно экономным местечком, поэтому там активно практиковалось самообслуживание.

***
После того как Паша доставил полусладкое шампанское и меню, Мария отправила его делать заказ еще раз, выбрав для себя шоколадно-фруктовый десерт с фирменным названием «Сердца атлантов». Таким образом, она на некоторое время оказалась наедине… с бокалами шампанского, чем не преминула воспользоваться.
Порывшись в сумочке, Маша выудила оттуда небольшой флакон с полупрозрачным, непахнущим содержимым. Среди компонентов жидкости было много редких растений и Машина плазма крови. Все это было предварительно заговорено на стопроцентный результат. Добавив вещество в Пашино шампанское, она стала дожидаться его самого. Свой бокал Маша предусмотрительно придвинула как можно ближе к себе, во избежание ненужных ошибок.
Павел вернулся с десертом для своей спутницы и засахаренными лимонными дольками для себя. «А не легче было лимон на соседнем рынке купить», — усмехнулась про себя Мария.
— Ой, спасибо, — очередной раз ослепительно улыбнулась она, не спеша принимаясь за сладкое. — Ты так галантен.
— Пожалуйста, — бросил Паша. Ему не очень-то хотелось встречаться со своим несостоявшимся убийцей. Пусть даже в детстве он был в нее влюблен.
А Маша между тем легкомысленно слизывала сливки с крупной клубники, которых в десерте было всего две. Видимо, они и являлись абстрактным представлением повара о сердцах атлантов.
— Что сидим? — неожиданно спросила она. — У меня идея: выпьем на брудершафт!
Под пристальным взглядом Марии Паша послушно взял со стола бокал. Их руки переплелись, и каждый выпил то, что ему предназначалось. Причем, Павел сделал это исключительно для того, чтобы от него поскорее отвязались. Мысли об отравленном шампанском у него были, но он посчитал, что Маша не захочет светиться с трупом в таком людном месте.
— Veni, vidi, vici! (*Здесь: «Пришла, увидела, победила!»), — ликовала в душе Мария. Она же Moria.

***
Когда Паша на следующее утро пришел в отделение на работу, его уже ждали многочисленные вопросы от сослуживцев. Расторопный Дима уже успел рассказать всем и каждому о недавнем свидании Павла с ослепительной женщиной-вамп. Коллеги завидовали и интересовались подробностями.
— Ну, как все прошло?
— Нормально, — отрезал Паша.
— Только нормально? — разочаровалась публика.
— Да.
— И ничего не было?
— Не было.
Тон, с которым Павел Золотарев отвечал на вопросы, не располагал к дальнейшему продолжению разговора. Он отправился к своему рабочему столу, и, проходя мимо Димы, так, чтобы никто больше не слышал, спросил:
— Она тебе имя свое не называла?
— Нет, а что?
— И ты ее раньше не видел?
— Да вроде нет. Что случилось-то?
— Если б я знал заранее, кто это, то вообще бы не пошел.
— А-а… Даже так? А почему?
Паша не ответил. Он решил заняться делом.
Словно в ответ на его желание работа не заставила себя ждать: стало известно об очередном убийстве. Павла и Азамата немедленно отправили на место преступления на улицу Пожарную, которая входило в ведомство отделения, где они работали.

Когда оперативники прибыли на место, там вовсю работали эксперты и кинологи с собаками. В тесной подворотне неподалеку от кафе-бара «Атлантида» теперь вообще было не протолкнуться. А тут еще целых шесть трупов, один из которых по предварительному опознанию был сыном местного авторитета Бухалова, по совместительству директора рынка на площади Советов. Никто не сомневался, что остальные пятеро тоже являлись отпрысками не менее состоятельных и «серьезных» родителей.
— Ну что там? — поинтересовался Павел у знакомого судмедэксперта.
— Смерть насупила вчера вечером, примерно после шести, но надо установить точно. Причина смерти – пулевое ранение.
— А где пули?
— Кто его знает. Как сквозь землю провалились.
Паша подошел поближе к одному из тел. Это был наголо бритый парень лет двадцати в потертых джинсах, с татуировками на руках, сигаретой в руке. Труп как труп. Только кое-что заставило Пашу остановиться рядом с ним подольше. Неясные ощущения, беспокойство… Павел почувствовал остатки магии.
— Ах, шайтан! Или эта… чэртовшина, — воскликнул подошедший Азамат.
— Что? — Паша очередной раз удивился удивительно истинной фразе коллеги.
— Да, я говорю, пулю уже одну нашли. В солнэчном сплетении у одного. Она ледяная вся! В смысле из льда сдэлан. Мистика, да?
— Изо льда говоришь? Ну да, мистика, — кивнул Паша. У него теперь был подозреваемый.

***
— Как успехи? — был первый вопрос, который услышала Маша Семенова, вернувшись в свою квартиру. Конечно, был еще дом Аркадия и коттедж за городом, где она проводила довольно много времени, но квартира была ценна уже хотя бы тем, что она была ее личной собственностью.
Тем не менее, и тут от Арканума было не скрыться. Он вальяжно развалился в кожаном кресле и как всегда смотрел новости. Этот человек любил быть в курсе всех событий.
— А, ты это имеешь в виду. Первый этап моего плана выполнен. Жду результатов.
— Значит, вы уже встречались?
— Да. Но не более того.
— Странно. Ну что ж, подождем. А бойня на улице Пожарной твоих милых ручек дело?
Маша по тону поняла, что Арканум не в восторге, мягко говоря. Поэтому она решила заранее уточнить:
— Это была самооборона.
Мужчина недоверчиво хмыкнул.
— Свидетелей не осталось.
Все повторилось.
— Это были всего лишь озабоченные отморозки! Дались они тебе?
— А ты знаешь, кто был среди этих отморозков?! — неожиданно повысил голос Арканум. — Мамченко Анатолий, он же Маньяк. Двоюродный племянник Леора! Да, знаю, седьмая вода на киселе… Но он все равно может припомнить! Думаешь, магистру так сложно вычислить, кто произносил заклинание?! Да и стиль убийства… Ты снова использовала лед. О чем ты вообще думала?!!!
Маша даже вздрогнула от неожиданности. Глаза увлажнились, слез пока не было.
— Не кричи на меня… — срывающимся голосом перебила она.
Арканум сложил пальцы в Знак Спокойствия и заговорил тише, деликатнее.
— Теперь ситуация немного усложнилась. Надо побыстрее разобраться с нашим другом. Заставить его потерять голову. Я знаю, девочка моя, тебе трудно. Но надо.
— Надо… — вздохнула Маша.

***
Ночью Паша не мог заснуть. Как ни странно, но он думал о ней. Марии Семенове, Машке, Маше, Машеньке… И главное («с чего бы это?!») он не испытывал к ней особой ненависти. Сначала слова о раскаянии казались ему бредом, хитрой уловкой. Но вдруг она действительно была околдована Арканумом? Есть много обрядов Подчинения воли, заклинаний, приворотов, в конце-то концов.
Первое время Паша не верил также и в то, что Мария пришла просто поговорить о минувшем. Ей явно что-то надо было от него. Учитывая то, в каких отношениях он находится со всеми выпускниками «Цветов жизни», ей надо было что-то нехорошее. Но до сих пор Паша не чувствовал каких-либо недомоганий, интуиция также не предупреждала об опасности. Может все еще впереди…
Теперь это интересовало Пашу уже гораздо меньше. Он взглянул на произошедшее по другому. У него же было свидание! Да и какое! Невозможно было глаз отвести от этой преобразившейся женщины. Дурманящая красота, таинственный взгляд, приятный голос… Паше захотелось услышать его снова. Телефон он уже знал: вернувшись домой после встречи в «Атлантиде», сразу пошел умываться и естественно взглянул на себя в зеркало. Какого же было его удивление, когда он обнаружил одиннадцатизначный номер сотового, написанный на лбу! Вот ведьма! В буквальном смысле этого слова…
Паша взял со стола сотовый Димы (тот разрешал пользоваться, если добросовестно восполнять счет) и набрал номер Маши.
Та подняла трубку только с шестого раза.
— Слушаю.
— Мария?
— А кто же еще?
— Ну… в принципе, да. Нам надо поговорить.
— Говори.
«Как все просто… а о чем говорить-то?…» — Паша находился в замешательстве.
— Я хотел спросить тебя, почему ты вдруг решила со мной встретиться?
— Вспомнила о старом знакомом. А ты меня помнил?
— А как такое можно забыть?.. — хмыкнул Паша.
— Ты думал обо мне с ненавистью?
— Иногда. Но теперь я понимаю, что во всем виноват Учитель.
— Я больше не люблю его. Все прошло, как страшный сон. Мы все еще живем вместе…
Паша молчал.
— Просто так он не отпустит меня. Но я хочу вырваться из этого вертепа. Начать новую жизнь…
— А на Пожарной хозяйничала ты?
— ОН приказал мне. Я хочу, чтобы это стало последней точкой в моей прошлой жизни.
Маша бросила трубку. После разговора мысли Паши полностью спутались.

***
Маша сидела перед зеркалом и аккуратно наносила макияж. Прошлась по лицу пуховкой, подчеркнула тушью ошеломительную длину ресниц, четко обозначила линию губ, наложила несколько оттенков теней… «В человеке все должно быть прекрасно», — подумала она. Тем более в женщине. Тем более восьмого марта.
Подарок от Арканума она нашла, как это ни банально, под подушкой. Это было колье с огромными рубинами, у которых, как известно, столько полезных мистических свойств. Символ любви, пламени, гнева… Впрочем, на последнее можно было не обращать внимания.
С самим Арканумом Маша планировала встретиться позже. Или не встречаться вообще. Не смотря на регулярные подарки и комплименты, она стала к нему охладевать. Ее постоянно посещали мрачные мысли о том, что Учитель просто использует ее для своих целей. Как и сейчас, когда она оказалась втянутой в разборки с Леором. Ведь он не остановился ни перед чем. Фактически продал ее Золотареву ради какого-то Щита.
С Пашей Мария виделась почти каждый день. Он крепко попал под действие приворота: не мог думать ни о ком, кроме нее, часто звонил, даже пригласил снова в «Атлантиду». Сегодня Маша ждала его у себя на квартире, поскольку встречаться в его общежитии было крайне неудобно.
«Интересно, что за подарок приготовил Паша…». В последнее время Маша Семенова думала о молодом человеке уже без былого презрения. Больше не считала его неудачником. Ведь, даже будучи отлученным, он сумел добиться многого: приобрел работу, крышу над головой, друзей. Сумел остаться человеком, не смотря на то огромное количество соблазнов, которые предлагает черная магия. Пусть даже примитивная. Он же сумел не применять свои способности, даже не стал черпать силу вопреки естественной потребности, которая развивается у адептов еще со школы. Паша был прямой противоположностью Марии. И ей было с ним интересно.
К тому же он познакомил ее с той стороной жизни, о которой она имела смутное представление. Жизнь без фальши, обмана, золота, власти… Почти безграничной власти, от которой со временем можно устать. С Пашей было интересно, и это Мария ценила больше всего.
Она все меньше вспоминала о том, какую участь уготовил Золотареву Арканум. Он где-то откопал заклинание, которое может пробить даже Щит Паши, если тот сам подставится под удар. А он должен это сделать — Маша прилагала к этому все усилия.

***
Паша долго не мог определиться, что подарить своей возлюбленной на восьмое марта. На приличный подарок он не успел скопить денег, поэтому решил поступить традиционным способом. В хорошем цветочном магазине купил огромный букет роз. И с ним в руках направился в гости к Маше.
Остановившись у двери в подъезд, он набрал код замка. Прошел мимо консьержки, поднялся на лифте на девятый этаж, и вскоре уже был у входа в Машино жилище. Дверь не была заперта. Паша робко переступил через порог и оказался в просторной прихожей. «Проходи, не стесняйся», — послышался призывный голос из соседней комнаты. Немного поколебавшись, Павел направился туда.
В комнате он увидел ЕЕ. Она была восхитительна. Паша ошеломленно замер, остановившись у самого входа.
Маша явно рассчитывала на такой эффект. Ее образ был продуман до мелочей: праздничный макияж, полупрозрачное красное платье, облегающее точеную фигурку, алые туфли на девятисантиметровых каблуках, замысловатая прическа, рубиновое колье. Изысканный аромат дорогих духов окутал все помещение.
«Спасибо», — в обмен на протянутый букет Маша одарила гостя своей коронной улыбкой. Она поставила букет в огромную китайскую вазу и жестом пригласила Пашу присесть.
Только теперь Паша смог нормально рассмотреть окружающую обстановку. К его удивлению комната оказалась не гостиной, а спальней. Об этом свидетельствовала широкая кровать, заправленная шелковым покрывалом. Над ней, на стене, красовался развернутый веер, с изображенной на нем гейшей. Это была декоративная часть интерьера, а не магический артефакт (Во всяком случае, Паша магии не почувствовал). У окна стоял небольшой сервированный на двоих столик, за которым теперь сидела, расслабленно откинувшись на спинку стула, хозяйка квартиры. Паша покорно присоединился к ней.
— Ты сегодня отлично выглядишь, — неумело начал он.
— Только сегодня? — прищурилась Мария.
— Всегда. Но сегодня особенно.
— Какое вино ты предпочитаешь? — неожиданно спросила Маша, уже разливая по бокалам красное. Паша не успел этого заметить и ответил: «Не знаю. Белое, наверное».
— Как скажешь, — колдунья небрежно провела рукой, и вино поменяло свой цвет. И вкус.
— За нас!
— За тебя!
Праздник начался с тоста.

***
«Они уже должны были проснуться», — решил Аркадий. Маша любила поваляться в постели подольше, но позволяла себе это не так уж часто. Поэтому сегодня, девятого марта, она должна быть с раннего утра на ногах. Паша же наверняка приучился быть жаворонком с его-то образом жизни.
«Настало время привести сложившуюся ситуацию к логическому завершению. В конце концов, сколько это может продолжаться», — Арканум ехал на одном из своих автомобилей, серебристом БМВ, даже не захватив с собой водителя. Он направлялся к дому Маши. Магистр не стал с собой ничего брать. Все, что ему было нужно, это вовремя прочесть заклинание. Бесценное заклинание, которое он откопал в одном древнем фолианте. Пролившаяся кровь закрепит его.
Припарковав авто чуть ли не у входа в подъезд, он вошел в здание и поднялся на девятый этаж. Дверь в квартиру была не заперта, но Арканум знал, в чем секрет. Начертанные на косяке руны не давали пройти внутрь тем, кого не хотела пускать сама хозяйка. Своему гражданскому мужу Маша обеспечила гарантированный вход.
Пройдя в спальню, Арканум понял, что не ошибся. Moria уже проснулась и прихорашивалась перед зеркалом. При этом она даже не удосужилась накинуть на себя что-нибудь. Полуодетый Золотарев с щенячьим восторгом наблюдал за ней, не поднимаясь с постели. Гостя они заметили не сразу.
— Что я вижу! — вкрадчиво начал Аркадий. — Что здесь происходит?! Я тебя спрашиваю, женщина!
— Милый… Я все объясню, — в голосе Маши прозвучал истеричный испуг. «Молодец, неплохая актриса», — одобрил «ревнивый муж».
— Милая моя, я пришел тебе, хотел извиниться за то, что вчера не подъехал, хотел спросить, как тебе мой подарок. И как ты меня встречаешь? Не успеешь оглянуться, а ты уже с другим мужиком, да, золотце?!
Арканум замахнулся, чтобы ударить изменницу.
Молчавший все это время, смертельно бледный Золотарев решил заступиться за свою пассию.
— Не смей к ней даже прикасаться! Она не любит тебя!!!
— Ах, так. Тогда я убью эту неблагодарную тварь! — Арканум разминал пальцы перед выполнением пассов.
— Только посмей! И…
— И что?
— Тебе сначала придется убить меня.
Паша мгновенно вскочил и закрыл собой Марию, добровольно подставившись под удар.
— Ты сам сделал свой выбор, — Арканум приготовился к завершающей части ритуала, тихо бормоча латинские фразы.
— Нет! Пашенька, не надо! — причитала за спиной Маша. — Он же тебя убьет!
— Не волнуйся, у меня Щит от таких, как он, — Павел был слишком самоуверен.
— Щит не поможет, если ты сам стал Добровольной Жертвой, — уточнил Арканум уже в тот момент, когда убийственная энергия высвободилась и мощным потоком стремительно направлялась к жертве.
Энергия слепа. И она не изменила своего направления даже тогда, когда путь к Павлу преградила другая фигура. Маша Семенова оттолкнула своего любовника, и сама загородила его.
— Amo… (*Люблю), — только и успела сказать она.
— Дура!!! — бросил Арканум, когда увидел на полу распластанное женское тело.
— Тебе повезло сегодня… — кивнул он Золотареву, и, как ни в чем ни бывало, вышел из спальни.
Когда Паша наконец взял себя в руки, в квартире уже никого не было. Только он и труп Марии Семеновой. Приворот с ее смертью должен был испариться… Но Паша продолжал сжимать ее холодные руки и безутешно шептать: «Amo».

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.