KAF. It is devoted А1

АМВРОСИЙ ФРЕНЧ – ВОЖДЬ КУКИНОТОВ

Кукиноты – древнее племя, бродившее в поисках пропитания по землям ряда развитых европейских стран. Мужчины чрезвычайно красивы и мужественны, женщины так себе. Вестник «Палеонтологическая гинекология и акушерство». 1989, №3.

Суть в том, что Амвросий Френч очень сильно себя не любил. Не просто иногда поругивал, как мы все, знаете, себя любя, нет-нет, да и поругаем за какую-нибудь ерунду, а не любил до того, что просто видеть себя не мог! Идет, бывало по улице, случайно увидит себя в стекле витрины и всего, бедного, прямо аж затрясет от нелюбви к себе. Иногда даже, знаете, пугая прохожих, как заорет: «Ах, ты опять здесь, зараза такая! Уйди, Амвросий, с глаз долой, видеть тебя не могу! Не люблю тебя! Тьфу!» – и как плюнет себе в морду! Не редко в пятницу вечером по комнате ходит, можете себе представить, весь с ног до головы заплеванный. Никогда, ни до встречи с Амвросием Френчем, ни после я ничего подобного не встречал. Взять, например, хотя бы Владимира Николаевича Голубого из отдела «Распределения и учета льгот и путевок» на втором этаже в конце коридора не доходя юриста, такая дрянь, дальше некуда. Тупой, до денег жадный, бабник – ни одну юбку не пропускает (что он с ними потом делает, если он импотент с 3 февраля 1977 года?), а вы бы его послушали: «Вовчик симпатичный. Вовчика что – бабы не любят? Вовочку бабы обожают, та же Марья Михайловна из бухгалтерии, сука жирная, та вообще как обожает! К тому же Вовчик умный! У Вовчика щечки бриты, глаза голубы. Как его не любить?» Амвросий Френч наоборот – очень сильно себя не любил. До такой степени, что лично распространял о себе грязные слухи, что Амвросий Френч по метрике на самом деле Абрам Френч, жид пархатый. Слух этот моментально был всеми подхвачен и так же моментально превратился в неоспоримый факт . Амвросий-Абрам Френч ликовал и радостно шевелил щелочкой губ. На самом же деле Амвросий-Абрам Френч по – даже трудно сказать – какое колено – чистый кукинот Альмфбродий Френч! И каждое воскресенье, где-то с 11 вечера, Альмфбродий Френч начинает с замирает сердца слышать, как по нему величественно течет кровь древних кукинотов . И эту благородную кровь древнего кукинота Альмфбродия Френча какой-то, извините, жид Абрам Френч травит или «ПОРТВЕЙНОМ №33» по четным дням и в аванс или «ЗОЛОТОЙ ОСЕНЬЮ АЙЗЕРБАЙЖАНА» по нечетным и в получку или водкой «СПЕЦНАЗ» по средам, от которой, к слову сказать, кукинот Альмфбродий Френч потом весь день икает, в именины Марины Аркадьевны его кошмарно пучит, а в полнолуние и то и другое одновременно. Неопрятный! Вечно от него чем-то несет, рыбой какой-то не свежей, мойвой, что ли? С какими-то бабами трахается, что Козлов Коля ему подсовывает постеречь, пока сам за жратвой гоняет. Тьфу!
У Амвросия Френч есть одно мечтание, он его по поздним воскресеньям, под ночь понедельника мечтает. Вообще-то с фантазией у него, как и у всех древних кукинотов , жидковато, мягко говоря (Dr. L. Greenfeld из калифорнийского университета высказал предположение, что древние кукиноты во избежание простудных заболеваний употребляли в пищу много фитонцидсодержащих продуктов (лук, кетчуп, аджика), что негативно влияло на работу структур Gipotallamus , соответственно, несколько притормаживало процессы связанные с абстрактным мышлением, особенно эротического содержания. “ Psichology & Entomolodgy Kukinland», University of Kalifony’s Letters.p.427.), но этот случай особый: тут все ярко, красочно, со звуковыми эффектами, совершенно немыслимыми массовками, красиво – не передать! Мечтание такое: Абрама Френча собираются публично казнить на площади! Представляете?! Народу – тьма! Вся площадь забита, а народ все валит и валит! Всем же хочется поглядеть, как Абраму Френчу голову рубить будут. Когда еще такое увидишь? Голова у Абрама Френча одна, народ и валит. Герцогу Богемскому рубили и то народа меньше было (По данным, требующим дополнительных исследований, на казнь герцога Богемского Старшего собралось около 500 человек. Из них, графов – 3 чел., князей – 1 чел.. знатных аристократов – 5 чел., простых аристократов – 11 чел., булочников – 14 чел.. сапожников – 21 чел., проституток – 25 чел., ювелиров – 0 чел.. торговцев пирожками – 30 чел., карманников – 51 чел., случайных прохожих – 372 чел. «Казни в Европе». Серия «Твоя первая книжка» для зон пеницитарной системы. Вологда. Изд-во «Сыры России», стр. 51-55). В древней Баварии происходит, на границе с Саксонией, на площади Святого Сан-Франциска. Помост из цельного дерева (чистейшего дуба), плаха, топор, палач в красном и в колпаке со специальными прорезями для глаз, чтобы не промахнуться и по ноге себе не заехать. Вокруг помоста гвардия короля Фридриха V (в народе – «Беспощадного, но справедливого»). С северной стороны – юные барабанщики. Кружат над площадью голуби, и, не имея возможности куда присесть, гадят сверху на головы собравшихся горожан. Настроение у всех торжественное, приподнятое. Все с нетерпением ждут Абрама Френча, жида пархатого, испоганившего дешевым портвейном благородную кукинотскую кровь Альмфбродия Френча. Абрам Френч в камере смертников, трясется, беспрерывно икает и тут же вслед за иканием пукает (как раз полнолуние). Его облачают в предсмертный саван пятнадцать прекрасных дев. Девы поют древние кукинотские песни (Облачала я милаго на казнюшку.
Надевала я на милаго саван белай
Горевала я об милам горюче.
Ах, зачем, зачем ты милай поперек пошел.
Попрек пошел воли Фридриха.
Воли Фридриха, воли V-го.
Пил бы вина себе благороднае.
Пил бы пива себе только светлае.
Не облачала б я милаго на казнюшку.
Не надевала б я на милаго саван белай.
Не горевала б я про милаго горюче.
Веселилась бы я с милам до рассвета. Ух!

(Дальше – очень красивая пляска молодежи)

Но поперек пошел воли Фридриха.
Воли Фридриха, воли V-го.
Всяку дрянь пил, вместо пива светлаго.

Из сб. «Наскальные тексты: загадки и разгадки». Кiев. Изд-во “London” 1975, стр. 89-93.
). За оббитой железом дверью в камеру смертников смиренно стоит священник, монах в черной рясе. Монах не торопит прекрасных дев и делает вид, что увлеченно читает литературу религиозного содержания. Замечательный теплый солнечный день. Сентябрь. Где-то 3, 4, 5 сентября. Первые дни бабьего лета. По-летнему тепло. Хочется за город, в лесу много ягод и грибов, но никто не расходятся, все ждут, выглядывая друг из-за друга. Наконец, шум пошел по рядам… «Ведут!…Ведут!… О, как отвратителен Абрам Френч! Что делает с древним кукинотом «ПОРТВЕЙН №33»! Мешки под глазами. Икает! Да и дух от него! Обратно что ли его пучит? Никак «СПЕЦНАЗ» с Мариной Аркадьевной из кафедры «ЭТИКИ И ЭСТЕТИКИ» глушил? Давеча убийцу и насильника бандита Ганса Фон Бешенного казнили. Мамочка родная, как благороден! Рубаха с кружевами белая, кудри смуглые! Один глаз, но орлин! А этот?! Чем от него несет, мойвой, что ли? Где они его откопали? И почему, скажите на милость, мы всякую пьянь должны казнить на наших площадях? Господа! Давайте договоримся: или или! Или пьянь – ладно! Согласны! Если пока негде. Или жидов! И на это пока согласны! Где-то их же надо казнить, мы понимаем. Но: или или! Мы категорически против, чтобы («Луиза-Мария-Антуанетта, ты поспеваешь записывать?») чтобы на наших скверах, парках и площадях казнили пьяных жидов! ( «Луиза-Мария-Антуанетта! Дальше – подчеркни жирно два раза!») Даешь казни только благородных господ и жутких убийц! («Подчеркнула?») Нет казням спившихся жидов!!!» («Три восклицательных знака»). Все на речку топить! («Что ты сегодня попозже делаешь, я заскочу?») Шум пошел по площади. Недовольство. Запахло знаменитыми бунтами городской бедноты 1375 года . Сквозь толпу проталкивают на дубовый помост Абрама Френча. Абрам Френч нетвердо поднимается по неудобным редким ступенькам (дуба пожалели, жмоты!) на высокий помост и, стараясь не дышать на мужика в красном наморднике, молча оглядывает древнюю толпу праздничных кукинотов. Он-то знает, что на самом деле он такой же как и они – древний кукинот. Душа его вопиет: «Сограждане! Соотечественники! Сокукиноты и сокукинотки! Я не жид! Я прикидывался! Чтоб не позорить! И погибаю молча, унося с собой страшную тайну благородного происхождения!» Альмфбродий Френч вскидывает голову и смотрит сокукинотам и сокукиноткам в глаза. Он не плачет. Сух его благородный лик. Толпа смолкает. Полная драматизма встреча заблудшего барана со своим стадом. Торжественная тишина воцарилась над площадью Святого Сан-Франциска. Молча взирает кукинот Альмфбродий Френч на простирающуюся внизу под ним нескончаемую толпу единокровцев. Что мой народ решит – то я и приму от моего народа! – Думает Альмфбродий Френч. И пока народ решает, что делать с пьяным жидом Абрамом Френчем, Альмфбродий Френч гордо вскидывает голову и обращается к своему народу.
«Древние кукиноты!!!» – орет, что есть мочи Альмфбродий Френч, и тысячи голубей взметнулись в высокое небо Кукинотии, а над самой площадью эхо вторит:
«Оты!…Оты!…Оты!…»
«Братья!»
Эхо:
«Атья! … Атья!.. Атья!…» (и на выдохе, негромко, без эха: «и сестры»)
«На речку так на речку!!!»
Эхо: «Ечку!…Ечку!…Ечку!…
«Топить так топить!»
Эхо: «Ить!…Ить!…Ить!…»
Восторг переполняет сердце Альмфбродия Френча. Пред ним – его народ! Альмфбродий Френч не выдерживает и обращается к своему народу на их родном языке:
«Их бин зур майн кукинотен!!!» ( Эхо: «Отен!…Отен!…Отен!…»)
«Камритен кукинотен!!! (Эхо обратно: «Отен!…Отен!…Отен!…»)
«Аем вэри-вэри нихтен жыдэн к х…ям собачим!»

Здесь следует остановить описание прекрасной в своей красоте публичной казни Амвросия Френча и кое-что разъяснить. Если не прервать в каком-нибудь месте процесс умерщвления жидовствующего кукинота Амвросий-Абрам-Альмфродия Френча, поверьте, это может продолжаться до понедельника каждой из последующих недель. Вкратце. На речке Амвросия-Абрама-Альмфбродия Френча, конечно же, не утопят, а всей оравой побегут в лес, благо погода хорошая, вешать Амвросия-Абрама-Альмфбродия на высоком дубе, широко известном под названием «Дуб Александра Македонского Старшего» (Некоторые источники утверждают, что на самом деле было два Александра, оба Македонские по папе, близнецы, мальчик и девочка, абсолютной идентичности. Некоторые западные историки предполагают, что никто никогда не мог отличить старшего от младшего и наоборот. Для простоты, мальчика условно назвали Сашей Старшим, девочку – Сашей Младшим. Под дубом Александра Македонского Младшего скорее всего отдыхал Александр Македонский Старший, обдумывая некоторые детали предстоящей битвы за Эльбой. Вестник «Палеонтологическая гинекология и акушерство» 1997 г. Стр. 71. прим. авт.) , далее по плану выступление Альмфбродия перед своим народом, заканчивающий призывом бежать на высокий утес сбрасывать жида Абрама Френча. Всем скопом побегут на знаменитый утес, прозванный в народе «Пропади оно все пропадом», сбрасывать Абрама Френча. Там опять: обращение к нации («О влиянии этилового спирта на процессы пищеварения и спермогенез») и, пока погода окончательно не испортилась, Альмфбродя прямо с утеса, так сказать, не отходя от кассы, зовет кукинотов (продрогли как собаки!) бежать на берег Дуная разжигать костер, чтобы на костре сжечь говнюка Абрашку, а заодно и погреться у его пепелища. У костра, сложив ладошки рупором, обращение сразу ко всем нациям до кучи, обмены, шутки, смех, «№ 33», «ОСЕНЬ», «СПЕЦНАЗ», девчонки из кафешки за углом, тут вдруг вспомнят, что завтра понедельник, всем на работу, и так каждое воскресенье, пока соседи сверху не отстучат по трубе парового отопления:
«.-..- ..–…-…—.-.–…—.—…..-..–.—..—-..—.–..–.–..-.-.—.-…..–.-…—..–.–.-..-.—-.–.-.-..–……–.-..-….-…-.—–.-…..-.-.-…»
«Хренч черножопый восклицательный знак кончай орать сука детей пугаешь восклицательный знак в последний раз точка» (Пер. авт.)

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.