вот и небо, подвыпивши туч, пнуло солнце за горизонт.
да и солнце, обидевшись, показало небу кровавый затылок.
и последняя гамма желаний замолкла на горе нот,
и последняя песня в гербарий легла незаметных ухмылок.
покажите мне радугу слез золотистого зноя,
я пройдусь по немому созвучию красок босой.
покажите мне родинку в небе горящей звездою,
я возьму ее родину вместе с родимой душой.
нарисую ковер, на котором сам бог на коленях
преклоняeтся людям, как самым высоким богам.
нарисую скрижали для бога — рецепт от мигреней,
не людохульствуй господь, человек — это храм.
море, горесть в сердцах, океан безнадежных зачатий
там, в эпицентре эклипса, поджидает принцесса вдова.
назовем ее смерть — эталон всех конечных начатий,
и хороший предлог — выйти замуж покуда мертва.
я еще не допил молоко от кочевника-ветра,
я еще не допел песню молний, танцующих вальс.
я родник запятнал своим взглядом неловким, наверно.
я не знаю кто я, но живу почему-то для вас.
нарисую ковер, пока жив, хоть стою на коленях.
не прошу подаянья, но прошу одного лишь — простить.
я прошу у людей и у тех, кто уже на ступенях
в человеческий храм — ради этого стоит просить.
Безумно красивый язык!!!
Очень тронуло!
Сильно!!!
Заворожило….
Obrazy —cvelye i silnye…
\»…не людохульствуй Господь, человек — это храм.\»
Замечательно!
Замечательно? ГЕНиально!!!
— \»Что ты поешь, когда у тебя вместо смерти похабные сны?\»
— Я думаю Ахматовой: не опускайтесь, поднимайте до себя.
— И богу заглянув в глаза — \»безумству храбрых поёшь ты песню!\» Горькую…
Давно не читал ничего подобного.
Браво!
Ронсар! Ты видишь — развращает тебя общение с прекрасным.
С прекрасным сонмом графоманов.
ПОДОБНОГО ЧИТАЛ ТЫ МНОГО.
А ЭТО — БЕСПОДОБНО!
И браво не при чем. Ты не в театре. Ты в жизнь попал.
По-настоящему! По-взрослому! Впервые!
Убей меня, Белло!
Один знакомый наш соврал, что жизнь — театр.
Поверил я ему.
И не придал значения ошибке,
столь убийственно убившей.
Послушай старого и грешного Белло,
который «о приметах» что-то знает:
Река и небо в ней. Актер и зритель.
Стихотворенье и путеводитель.
Добро и зло. Восторженность и скука.
И два шута кривляющих друг друга.
Я не Икар, не дерзкий Фаэтон,
но ей в тебе как пицца окрылён.