1
Ты полна июльской жарой,
Вся — дыханье пламенных сосен.
Свой загар на плечах приоткрой —
И уже не наступит осень.
В сердце лета вцепившись зубами,
Я учу себя мысленно плакать
Смоляными вчера слезами.
Мой подарок сегодня — слякоть.
С первым холодом, милая дива!
Дай мне руку. Пылает рука…
Может быть, не очень учтиво
Я целую ее. Ну, пока.
Ты, увы, на прощанье не спросишь:
«Почему, мой летний мужчина,
Все никак не наступит осень?»
Я отвечу: «В тебе причина».
Ты, увы, на прощанье взглядом
Не возьмешь мокрый свет в подарок.
Ну его! Не бери, не надо.
За дождями сентябрь так ярок!
Но возьми хотя бы во это —
Непричесанных чувств атлант,
Уходящий зеленью в лето,
Нежный цвет сентября — амарант.
2
Плоскогрудый кашляет туман,
Жалится измученной сосёнке,
Дескать, он не гром, не ураган,
Обделил-де Бог его силенкой.
И со сплетней злого старика
Струи вязкие в лога стекают.
Прячется притихшая река
И с верховьев солнца ожидает.
3 БАЛЛАДА О ПАУЧКЕ
Тетка из лесу ведро грибов тащила.
Радость кроткая и скорая у ней.
В лодке счастья женщина с мужчиной
Плыли мимо девок и парней.
Тем не ведомо, что просто, а что — диво,
Как козе, несущей в хлев клеща.
Им милей всего фонтаны пива,
Толку нет в возвышенных вещах.
Тетушка грибовницей накормит
Мужа, чад, соседей и гостей.
Вот и нету радости. А вскоре
От предзимья белых жди вестей.
Женщина мужчины не дождется,
И зима расстроит свадьбу душ.
Вот и тонет лодка вместе с солнцем —
Он живой жене законный муж.
Юная ватага поумнеет
И узнает вкус приличных виски.
Вот и побеседуем мы с нею
О вещах возвышенных и низких.
А пока козе даю внушенье,
Мол, чужое диво красть легко.
Даже клещ — природы выраженье.
И с энцеыалитом — молоко.
Так, о том, о сем себе бубня,
Я добрел до дому погрустневший.
И не знал: в кармане у меня
Паучок устроился, сердешный.
Будто чуял он, что ночью лунной
Искряной проявится коралл
На окне. Я тут же позабуду,
Что его нечаянно украл.
А ему не клясть невзгоды всуе,
Доверяя жизни в полной мере.
Он тихохонько перезимует
В тишине домашней, в шифоньере.
4 ОСЕНЬ В БЕРЕЗНИКАХ
Этот город я не узнаю.
Тихие метаморфозы,
Птах цветных негромкую возню
Дарят взору старые березы.
Словно сроду не были мы злыми.
Нам на мягкой тропке расписной
Стелет парк сентябрьское полымя
И небесной льстит голубизной.
Этот город так исплакан мною
В дне вчерашнем — тысяч одиночеств!
А сегодня светлой желтизною
Он к зиме утешить, видно, хочет.
Этот город как ни нареки
И живи хоть в Риме или Ницце,
Прослывут мои Березники
Навсегда березовой столицей.
5
Не любил я осень, но однажды в роще
Мне продрогший путник попенял:
«Отчего последний рубль в кармане тощем
Ты на лист мертвелый разменял?»
«Не мертвелый — золотой, — я бросил дерзко, —
И завещано ли Господом тебе
Мудрствовать в безлюдном перелеске
О моей душевной хворобе?»
«Я хранитель твой, — сказал он строго,
То ль от плача, то ль от холода дрожа, —
Я не выбирал тебе дорогу
Там, где тыщи солнц в грязи лежат».
Он, босой и чистый, с пеньем херувимов
В серебре березовом исчез,
И на хворь мою неостановимо
Сыплет осень золото небес.
6 Любовь моя! Осенний цвет
Упал в тебя, спокойный, серый.
Ты оглянись: меня уж нет,
Но есть октябрь без сна и меры.
Любовь, прости: я сер и сир.
Бреду по небу еле-еле.
Пускай не плачет этот мир:
Твои глаза зазеленели!
7 ПРЕДЗИМЬЕ
Первый снег. Последний выдох лета.
Летаргия чувств. И маета.
Где-то милая по-зимнему одета
И уходит прочь, совсем не та…
Первый снег, как первая влюблённость,
Тонкий, чистый, душу обелил.
И осенняя к самочерканью склонность
Превратилась в кладезь новых сил.
Вот она, тропинка в парке хмуром,
Вся в мечтах о призрачной любви.
Белый конь ноябрьским аллюром
Ускакал по ней. Пойди лови!
Здесь прошёл суровый чёрный инок,
Посохом года разворошив.
След его залатанных ботинок
Тыщу зим под снегом будет жив.
***
Первый снег, последний выдох лета.
Летаргия чувств и маета.
Милая по-зимнему одета
И уходит прочь, совсем не та,
О которой говорили строчки
Строго девичьего письма,
Между ними, как бы между прочим,
Чудится холодная зима.
Что тут плакать, рассмеяться впору:
Я, посмел природу обмануть
И подобно рыночному вору
Захотел украсть чужую суть.
А она проста, как слово «осень»,
Но не понимаема ничуть,
Как твой взгляд чудесный,
карий в просинь,
Мне бы в нем немного отдохнуть…
Небо в лужах в тонкий лёд одето.
В нем замерзли все мои лета.
Первый снег. Последний выдох лета.
Летаргия чувств и маета.
8 НА УЛИЦЕ В НОЯБРЕ
Легкий снег, нежданный тихоня,
Скрыл от глазь осеннюю грязь.
Не смеется он и не стонет —
Просто падает, падает всласть.
И сегодня самая малость
Сердце греет: упавший листок
Сонной липы. И радость осталась:
Мне подножки не ставит никто.
Толпы ходят, под ноги глядя.
Не увидят они (то-то страсть) —
Суждено в человеческом стаде
Невзначай на колени упасть.
Сматюкнуться иль боженьку вспомнить —
Ну и ладно, заместо молитв,
Доскользить бы до теплых хоромин.
Вот и ладно — башка не болит.
Первый снег, нежданный целитель,
Сыплет белыми мыслями всласть.
Ради Бога, друзья, погодите
Из-под снега растаскивать грязь!