Часть девятнадцатая – туристически-безалаберная.
Вечером нас обоих мучает безделье. Трудоголиком хорошо быть, когда работы валом или хотя бы когда можно себя к чему-либо применить. Повалявшись на кровати, посмотрев пару программ индийского телевидения, обойдя вокруг гостиницы раза три, позвонив домой и, выговорив кучу денег, принимаем решение сходить в кино. Я нахожу в газете объявление, звоню в кинотеатр и уговариваю из всех фильмов, имеющихся в наличии пойти посмотреть „Мумию.” Мой выбор объясняется тем, что зрелищный фильм переводить не обязательно, впрочем, Рома-Рома не возражает.
Вызвав такси, добираемся в кинотеатр без приключений. Купив билеты у пустого окошка кассы, забегаем в тёмный зрительный зал и на ощупь припарковываемся на первые попавшиеся места. В этот момент заканчивается рекламный ролик и включается свет. Осматриваясь по сторонам и наталкиваясь на удивлённые взгляды, перемещаемся в центр зала, согласно купленным билетам. Индусы, в первый момент, обалдевшие, от нашего появления приходят в себя и начинают продвигаться к нам поближе целыми рядами. Мы понимаем, что нас «смотреть» интереснее, чем пустой экран, но к счастью появляются первые кадры и зал замирает в ожидании кинодива.
Рома-Рома практически не нуждается в переводе, и я получаю удовольствие от насыщенных событий и звуков картины. Сюрприз нас ожидает в середине показа. Неожиданно лента прерывается и включается свет. Публика поднимается с мест и движется по направлению к нам, точнее сказать к двум выходам, расположенным чуть выше ряда, на котором мы приобрели билеты.
Немного растерявшись, пытаемся вникнуть в происходящее и, практически, слепившись в единое целое, присоединяемся к толпе.
После происшествия в мусульманском квартале появившаяся внутренняя настороженность обязывает держаться друг к другу поближе, но дальнейшие события показывают, что её наличие – излишне.
Индусы выстраиваются длинной очередью в буфет, со всех сторон учтиво зазывая нас присоединиться. Мы подходим поближе, покупаем пепси и отодвигаемся к стене. Несмотря на внешнюю доброжелательность, я уже различаю улыбки добродушные, насмешливые и откровенно неприязненные. К счастью, перерыв короткий, всего-то минут пятнадцать. И снова продолжение атаки пронзительных звуков на уши и ярких красок на глаза.
Выходим после окончания довольные и старательно смешиваемся с толпой, которая несёт нас к ближайшим средствам передвижения по городу.
Стрельба начинается где-то вдали. Мне становиться не по себе. Рома-Рома пытается остановить хоть какую-нибудь машину, но его внушительный вид отбивает желание заработать. Мы меняемся местами, т.е. он уходит в тень, а я поближе к дороге и через пару минут практически захватываем какой-то транспортный объект, неизвестной породы.
Водитель настроен весьма дружелюбно, ему интересно подвезти иностранцев, тем более таких заметных. Задаёт много вопросов, но я, почти не отвечая, сама расспрашиваю о причине перестрелки. Он спокоен. Говорит, что это дело, ночью — обычное. В гостиницу добираемся благополучно, и ещё пол ночи я прислушиваюсь к происходящему на улице.
