Я струны дождя натяну на гитару…

* * *
Первый снег, как первое свидание,
За ночь все вокруг переменил,
Прилетев немного с опозданием,
Остудил остаток сна и пыл
Запоздалой, судорожной нежности,
Краской белой все перечеркнул…
Полог воздуха из бесконечной снежности…
Ветер новый лист перевернул
Дней, бегущих облаками серыми,
Лентой бесконечного кино…
Нити лет, натянутыми нервами
Расшивают жизни полотно…

На ночной Вуоксе

Луна возлежала на облаке грустном,
Лучами сбегая на водную гладь,
Мешаясь с волною печальной искусно,
И к небу взлетая фонтаном опять…
И звезды сияли бриллиантовой крошкой
И падали в воду – последний приют…
А ветер кокетливый ласковой кошкой
Пытался нарушить природы уют…

* * *
Я струны дождя натяну на гитару
И ветер осенний на гриф повяжу,
Cоставив c гитарой гламурную пару,
Я звездам по ноте себя расскажу…
В минорном звучанье не будет тревоги,
Лишь легкая грусть о несбывшихся снах,
И звезды в печально — холодном молчанье,
Застынут на музыки полутонах…
Мелодия сердца, взлетая все выше,
Собою наполнит дрожащий эфир,
И, может быть, кто-то, ту песню услышав,
Изменит себя… а, быть может, весь мир…

Ноктюрн

До утра всю ночь взбивала
Сливки Матушка Зима,
Белым кремом и глазурью
Разукрасила дома,
Сладкой сахарною крошкой
Пронеслась по мостовой,
Рассметанила дорожки,
Подсветила синевой
Ель мохнатую… Узорно
Заморозила кусты,
Распустила на березах
Серебристые цветы…
Все спокойно в этом снежном
Королевстве тишины…
Только бродят безнадежно
Растревоженные сны…

Любить, не касаясь

Любить, не касаясь…
А нужно ли?
А если с утеса до пропасти
Мгновение светом наполнено,
А после – пусть ночь безысходности…

Любить, не касаясь…
А хочешь ли?
Срастаясь сердцами и душами,
Сплетаясь корнями до судорог,
В разлуке иссохнуть… А нужно ли?

Любить, не касаясь…
Возможно ли?
Не тронет звезда море пенное,
Но в нем отразившись восторженно,
Останется
неизменною…

* * *
Кончиками пальцев
прикоснусь к щеке
И тебя узнаю
В белом мотыльке,
В нежности касанья
Легкого крыла…
Боже мой, как долго
Я тебя ждала…
Бьется гулко сердце
в призрачном силке…

Кончиками пальцев
прикоснусь к щеке…

* * *

Тонул закат, таинственно – багряный,
Луна лимоном зрела в небесах,
И аромат безумствующе – пряный,
Переплетался с ночью в волосах,
Рассыпанных по кружевной подушке,
И гладил тихо лапкой по щеке,
Скользил по нежной раковине ушка
И исчезал за лесом, вдалеке…
Ресницы чуть заметно трепетали,
Ладошку на подушке щекоча,
А над головкой Ангелы витали,
И умилялась янтарем свеча…
А колыбель плыла по рекам звездным,
Неся в себе всю чистоту миров…
Храня младенца от просторов грозных,
Над ним стелился Матери Покров…

* * *
Загнанных лошадей пристреливают…
Не правда ли?
Так что же ты медлишь с выстрелом?
Я себя загнала, это знаешь ты,
Бесполезными, глупыми мыслями,
И фантазией неуёмною
Все питала пустую несбыточность,
И летала без крыльев над бездною,
И пыталась все формулу вычислить
Для любви откровенной и искренней,
Все искала её между тучами,
И себя разрывая немыслимо
Между небом и горными кручами,
Все тебе отдавала до капельки…
Только все оказалось бессмысленно…
Загнанных лошадей пристреливают…
Не правда ли?
Так что же ты медлишь с выстрелом?

* * *
Глотнуть кислорода и прыгнуть, зажмурившись,
С обрыва лететь и не помнить о будущем…
Немного осталось… еще поднатужиться…
Не страшен удар… и не больно пока еще…

Разбиться на многие тысячи атомов,
И стать не собою, а новой материей,
И будет легко, невесомо и ласково….
Не верю я… верю я в это… не верю ли…

Забыть, что поломаны крылья о мельницы —
Сама рисовала, сама же поранилась —
Опять оказалась безумною пленницей,
На свет опрометчиво чей-то позарившись…

Бежать от себя… далеко… от крылатости…
Упасть… Задыхаясь от судорог лёгочных…
Понять невозможно мне эту загадочность…
И сердца забег остановится полночью…

Взлететь… на немного… покорно ссутулившись…
На взмахе крыла… тенью воображения…
Немного осталось… еще поднатужиться…
Не страшен удар… и не больно совсем уже…

* * *

В растерзанное небо пред грозой
Я выпущу любовь прекрасной птицей,
И светом радуг небо заискрится,
И ствол засохший расцветет лозой…

Я день раскрашу в новый яркий цвет,
Ручей иссякший напою надеждой,
И ты забудешь все, что было прежде,
В глазах моих увидев счастья свет…

Последней каплей в череде безумств
Распустится желанье алой розой,
Ты будешь чувствовать, не замечая слёзы,
Я буду плакать, не скрывая чувств…

И, душу разрывая пополам,
Одну из половин тебе отдам…

* * *
Как-то все глупо или противно,
Сонно, уныло и примитивно,
Страшно щемяще и тормозяще…
Вечер пропащий…

В небе простор, но давление в сердце…
Мысли кружат – то анданте, то скерцо…
Тянутся лентой змеино — шипящей…
Вечер пропащий…

Скованы рифмы, скрещены руки…
Но не от боли, просто от скуки…
График скользящий, ветер скорбящий…
Вечер пропащий…

Эго ссутулилось и замолчало…
Все повторяется… снова… сначала…
Утро тоскливое — живородяще,
День беспредельный, ненастоящий…
В сумерках дробных, в испуге дрожащих,
Вечер пропащий…

* * *
Вернуться с клином журавлиным
В родимый край… бежать в леса…
Тонуть в метели тополиной,
Внимая птичьим голосам…

Упасть в траву, раскинув руки,
корнями прорасти в земле…
Стать васильком лиловым… Звуки
впитать лесные… В хрустале

ручья найти небес прохладу…
Лесным оленем пробежать
По тропкам дальним… Как награда
Земли российской благодать…

* * *
Забыть… забыть…не вспоминать…
Возможно это? Нет… едва ли…
А помнишь, мы с тобой стояли,
Впитав сердцами благодать,

Сорвавшуюся прямо с неба
Лавиной солнца и дождя…
И радуги цветной ладья
Сверкала… Мокли крошки хлеба

В огромной луже… Воробьев
Гонял нахальный голубь сизый…
И через чувственную призму
Мы погружались в забытьё…

Скажи, могли тогда мы знать,
Что в этот миг себя теряли?
И можем повернуть едва ли
Мы время прожитое вспять…

Посвящение актеру и поэту
Владимиру Дюкову

Такой волшебный нынче листопад,
Вдруг наградивший солнечной улыбкой,
Что осень показалась лишь ошибкой,
Настроившей меня на грустный лад…

Как будто желтый снег летит в лицо,
И шелест листьев отдается эхом,
И ветер вторит хриплым тихим смехом,
И крУжит, как бульварное кольцо…

Всё заметает бронзой из листвы,
И осень снова шепчет мне о чувствах…
И может быть сейчас немного грустно
И Вам на дальнем берегу Невы…

* * *
Душа стонала брошенной собакой
На голубой софит полночницы-луны,
В отчАяньи я сочеталась браком
С морозным холодом серебряной зимы…
И сердце, превратившееся в льдину,
Уж не болело просто потому,
Что, расколовшись нА две половины,
Собой впитав немую тишину,
На век застыло айсбергом в пустыне
Невысказанных строчек темноты…
Там и стоит… ненужное поныне…
На кладбище несбывшейся мечты…

* * *
когда сгущается туман
на перекрестке сонных улиц,
по стеклам темных окон- блюдец
разлив молочный океан,
я, завернувшись в теплый плед,
налив вина в бокал хрустальный,
пошлю закату жест прощальный,
и буду ждать студеный свет
луны опалово-притихшей,
и ртутно–звездных, бледных брызг,
порвавших бархат неба вдрызг,
и навсегда на нем застывших…

* * *
Взорвавшись тысячью осколков,
Прозрачной став, для глаз незримой,
Я растворюсь в звенящей тиши…
И буду где — то рядом… слышишь…
И птицы улетят… умолкнув…

В пространстве белом, нелюдимом,
Ты обо мне портрет напишешь…
Где радуга в немом сиянье,
И росчерк солнца на ладони,
И лес, застывший там… на склоне…
………………………..
И перехватит вдруг дыханье…

* * *
Соловьи клюют закаты пряные,
Запивая лунными коктейлями,
А потом поют, от счастья пьяные,
Наслаждаясь неба акварелями…

А июнь плывет в восторгах солнечных,
Заливаясь песнями цветущими,
Распыляя жар небес безоблачных
И ныряя в ручейки бегущие…

И душа, как песня соловьиная,
Разрываясь от любви и нежности,
Вдаль летит пушинкой тополиною,
Потерявшись в лета неизбежности…

* * *
Мне бы к суткам прибавить часочка четыре…
Лучше пять или шесть… а, пожалуй, все восемь…
Я б успела прочесть все стихи в этом мире,
И, увидев замерзший листок, вспомнить осень…

Помечтать о весне и о будущем лете,
И портрет дописать, что давно мною начат…
И подумать о новом, веселом сюжете,
И взглянуть на проблемы немного иначе…

Прогуляться с друзьями вечерним Арбатом,
Поболтать ни о чем, выпив чашечку чая,
Насладиться застуженным зимним закатом,
И расслабиться, светлые дни вспоминая…

И в лесу замороженном в валенках старых
По сугробам пройти, утопая в восторге…
И с рябины сорвать алых ягод пожары,
И стихи почитать снегирям на пригорке…

А пока мою пол в надоевшей квартире,
Вспоминая созвездия питерских сосен…
Мне бы к суткам прибавить часочка четыре…
Лучше пять или шесть… а, пожалуй, все восемь…
* * *
Как дела?.. Будто все хорошо,
Все в порядке…
Дождь случайный так быстро прошел
Без оглядки…
Солнце будет на небе сиять
Как обычно…
Только твой затуманенный взгляд —
Непривычен —
Сквозь меня, будто через стекло…
Боль и холод…
Ветка пихты стучится в окно
Словно голубь…
Ты дождем тихо спрячешься в ночь
Без оглядки…
Я гоню слезы горькие прочь —
Все в порядке…

* * *
В зиму я ненадолго, всего лишь на несколько суток,
Я проездом в весну, а сюда только так заскочил…
Пробегусь по снегам и печалям привычным маршрутом,
Вспомню прошлое, там где я плакал, томился и стыл…

Посмотрю на засыпанный серыми комьями снега
Помертвевший бульвар и пустой запорошенный сад…
Я немного устал, я хочу отдохнуть от пробега,
Все припомню сейчас, только вряд ли сумею назад

Возвратиться… По плавям из сумрака воспоминаний
Прошагаю опять, чтобы больше не ныло в груди…
И, прощаясь с зимой, попрощаюсь с тобой в подсознаньи,
И уйду навсегда… И весна ждет меня впереди…

* * *
Прижмись ладонями к холодному стеклу,
Впитай в себя морозность утренних проспектов
И стань художником, рисующим по льду
Эскиз зимы, расцвеченный безумным спектром…

Одень в искристость одинокие кусты
И подсвети мечтой мистерию мистерий,
Построй узорные стеклянные мосты,
Задекорируй бирюзой живых материй

Воздушный полог над замерзшею Москвой,
Пускай согреется… Летящую дорогу
Покрой атласом…С первою звездой
Январь развеет смутную тревогу…

* * *
Ты ждал…
Твой месяц заигрался,
Целуя облако нагое…
Ты ждал…
И сна едва касался,
И не просил душе покоя…
Тобой потерянные дни
Боролись с разумом и чувством,
Все глубже в сети западни
Ныряя в сладком безрассудстве…
Ты ждал…

Вечерним макияжем
Раскрасились полоски улиц…
Ты ждал…
Охранник — клен со стажем
Молчал… От снега ветки гнулись…
Сквозь призму мокрого стекла
Смыкала грусть твои ресницы…
Ты ждал… как раньше я ждала…
Роняя слезы на страницы…

* * *
Расплавленный июль напомнит чей-то лик,
Почти затертый временем поблекшим…
В тягучей тишине услышу сердца крик,
Скорбящий о влюбленном, сумасшедшем,

Потерянном огне… Сорвав последний лист,
Осенние метели сон завьюжат…
Заснеженный романс исполнит пианист,
И память истерично занедужит…

Наматывает жизнь клубок ушедших лет,
Бесцветная луна роняет слезы…
Закончится виток, так и не дав ответ,
Поэзию судьбы приняв за прозу…

Истлевшая любовь покинута мечтой,
И крошится в душе надежд гербарий,
Расставшись навсегда с не взятой высотой,
Сменив полет на тихий колумбарий…

Майская гроза

Сверкая клыками неистовых молний,
Рыкастым ударом пугая,
Ломая гармонию синих безмолвий,
Из раны небесной, стирая

Остатки весенней, неубранной грязи
Искристой прозрачной струею,
Гроза, отмывая от однообразий,
Весь город топила волною…

И в этих потоках сиренево-белый,
Цветущий восторг ароматом
Струился по чистой земле оголтело,
Как майских фантазий соната…

Боль

Холмик с унылой травою примятою…
Мирный погост и могильный покой…
Воздух мешает дыхание с мятою…
«Здравствуй, сыночек мой…
Здравствуй, родной…»

Взглядом усталым могилку окинула,
И положила цветок полевой…
«Вот без тебя и три месяца минуло…
Здравствуй, сыночек мой…
Здравствуй, родной…

Нынче на Утрени свечку поставила,
И помянула, сыночек, тебя…
Я тебе памятник мраморный справила…»
Тихо вздохнула, платок теребя…

Пальцы касаются камня застывшего…
В холоде мрамора сына лицо
Смотрит с улыбкой на травы поникшие…
«Как же похожи вы были с отцом…»

Плечи ссутулились… молча заплакала…
В голос завыть бы сейчас… закричать…
Воздух мешает дыхание с мятою…
Невыносима потери печать…

«Как же мне жить-то, ответь, милый Боженька…
Боль материнскую, Боже, уйми…
Ты воскреси на минутку Сереженьку…
Хоть на мгновенье, сыночка верни…»

Холмики… холмики… травы примятые…
Крик улетающих вдаль лебедей…
И растворяется в воздухе с мятою
Стон матерей, потерявших детей…

* * *
Солнце апельсином катится на гору,
расплескав по небу рыже-теплый свет,
А в садах махровых — искупаться впору —
пенится на солнце фиолета цвет…
И сирени гроздья стонут ароматом,
наполняя воздух, улицы, поля…
С веткою сирени я иду Арбатом…
Как прекрасны утро, лето и Земля!

На Финском заливе…

Закат отсчитывал минуты,
тонуло солнце в ртути вод,
и рвали чайки тучи путы,
пытаясь оттянуть заход
еще горячего светила…
По глади серебристой плыло
лишь отражение лучей,
и будто миллион свечей
из глубины её светило…
И в этом ультрафиолете
залив, глотая цвет и тень,
качал на волнах песнь о лете,
которую пропел нам день…

* * *
Февральская метель дворы заносит,
Сугробами все улицы полны
И у зимы земля пощады просит,
И жаждет утра ветреной весны…

В телах деревьев новой жизни соки
Уж ожили… Листы рожденья ждут,
Еще немного, побегут потоки
Воды, освободив от зимних пут

Ручьи и реки… зазвенят капели,
Взорвавши зеленью поющие сады…
Ну а пока… пока шумят метели…
И в путь готовятся веселые дрозды…

* * *
…занавеска колышется парусом,
я плыву в летней дымке по снам,
и усыпана бездна стеклярусом,
освещая мой путь по мирам,
неизведанным
и невиданным,
и манящим к своим берегам…
звездно-бархатным небом объятая,
никому эту ночь не отдам…

* * *
Алене…
она задумчиво сидела,
взирая на чужой пейзаж…
её душа домой летела,
свершая призрачный вояж…
её душа домой стремилась,
к родным, простуженным местам,
дорожка в поле часто снилась,
и ветер, мчащий по кустам,
и у пруда плакучей ивы
густые пряди… звездный дождь
на сонном небе… переливы
пичуг… и золотая рожь…
душа горела и болела,
и таял призрачный мираж…
……………………………………
она задумчиво сидела,
взирая на чужой пейзаж…

* * *
ты торопишься вдаль
по прокуренным нервным вокзалам,
оставляя на каждом перроне частичку себя,
забывая о том, что с тобой никогда не бывало,
помнишь то, что случится,
и любишь, совсем не любя…
по крупинке теряется жизнь
белой сонною пылью,
и буксует душа, словно стерты шипы у колес…
взмах крыла, облака,
тонкий свет из несбыточной были
и поэзы эскиз,
а в конце мелким шрифтом вопрос…
я не знаю тебя,
да и нужно ли знать нам друг друга?
мы по разным спиралям летим,
ускоряя разбег,
чтоб закончить свой век,
как кончается все в этом круге…
тает сон,
тает жизнь,
как последний испуганный снег…

* * *
Апрель струится мне в ладони,
Лучом касаясь тонкой кожи…
Так на реальность не похожи
Весной подаренные дни…

А бисер солнечных симфоний
Агонию зимы итожит,
И я, внимая осторожно
Теченьям призрачным внутри,

Хочу нырнуть в пучину света
Летящего ко мне навстречу…
Я утону и не замечу…
Меня кружит шальной апрель…

Весенних песен силуэты
Я на листе увековечу,
И напишу с весною встречу,
Душой мешая акварель…