Щас спою 2

Ага. Откопал песенки. Щас ишо спою…

Эдуард Снежин

К Р А С О Т К А

Сколь причудливы нравы красотки,
Сколь изменчивы лики её.
Только лишь приласкалася кротко,
А теперь вот по матери шлёт!

*Тр-р-р-р. А жанр какой? Романс напополам с шансоном. Короче, ¾…

То улыбкой весёлой чарует,
То во гневе запустит стакан,
То танцует, целует, милует,
То решится на дерзкий обман!

Но готов я терпеть испытанья,
Всё прощать и не спать до зари!
Когда в жарком приливе желанья
Вдруг зардеются щёки твои.

* Не-а – романс, век воли не видать…

А ты гордой походкой шагаешь
И к тому не давая причин,
Словно смерчем сосущим вбираешь,
К себе жадные взгляды мужчин.

* Опа –на! А куда это она поутру на заре собралась? Что понравилось, так сочетание слов «тому не давая»…

Их пронзает озноб содроганья,
Если рядом являешься ты.
И никто не избегнет влиянья
Страшной силы твоей красоты!

* «озноб содроганья» — это как? Передергивает? Бывает. Как глянешь иногда.. Бр-р-р…

Вновь готов я терпеть испытанья,
Всё прощать и не спать до зари!
Когда в жарком приливе желанья
Вдруг зардеются щёки твои.

Как причудливы нравы красотки,
Как пленительны лики её!
Пусть ко мне приласкается кротко,
Пусть порой меня к чёрту пошлёт!

Но готов я терпеть испытанья,
Всё прощать и не спать до зари!
Когда в жарком приливе желанья
Вдруг зардеются щёки твои!

* А вот здесь – чисто городской романс. Две последних строфы неплохо. Что радует – выдержанность фраз. Недоработочка в концовках строк. Приходится рубить концовки для единообразия. Не потянешь «содроганья» и «влиянья», как до этого можно было отчебучить «чарует», «милует». Песенка легонькая, женщин совращать такой можно.

Борис Борукаев

Бегущая по волнам

Ша, блин! Гадом буду – баллада! Лет с шестнадцати таких не пел. В то время – токмо про пиратов и сочинял. Интересно…

Нет, мне не поверит никто. Ну, и пусть!
Я б вряд ли поверил сам.
Мы видели, всеми святыми клянусь,
Бегущую по волнам!

Тот день не сулил ни боев, ни утрат.
Был трюм для наживы мал.
Под ветром, что быстро домой гнал фрегат,
Веселый Роджер плясал.

* сбивка ритма в последней строке

Чьим криком, не помню, был прерван пляс:
— Смотрите! – Затем без слов.
Панический страх лишил голоса нас,
Матерых морских волков.

* не хватает нотки в первой строке

Бежала она, волн касаясь едва,
Безмолвно глядя вперед.
И вдруг в головах прозвучали слова:
«Настал теперь ваш черед».

Счастливцы, которым года битв и бурь
Прожить было суждено,
Безропотно кинулись в моря лазурь,
Чтоб камнем пойти на дно.

Рванулся я следом, безумьем обьят,
Но воздух вокруг – стеной.
«О, нет, капитан! А тебе предстоят
Забавы судьбы иной.»

Ведут рулевые неведомых сил
На всех парусах фрегат.
И вижу, как в этих же водах бродил
Тогда, много лет назад…

Я вижу друзей моих лица в поту,
Себя, вошедшего в раж,
Когда бригантину богатую ту,
Мы взяли на абордаж.

* сменился ритм во второй и четвертой строках

Метавшихся в ужасе всюду людей,
Как рыбий косяк в сети.
Старуху в углу и прильнувшую к ней
Девчонку лет десяти.

Их бросили за борт, как многих других.
Несносной старухи вой,
Сменивший проклятье, ослаб и затих.
Девчонка была немой…

Вон город вдали, где в домах ждут покой,
Достаток, тепло, уют.
Где в каждой таверне с окном на прибой
За нашу удачу пьют.

Увы, я не пьян, ни в бреду, ни во сне.
Что близким сказать, друзьям?
Как всем отомстила и больше всех мне
Бегущая по волнам?

* Обожаю романтику. Прям, ретро какое-то. Только концовки нет. Для матерого пирата – остаться в живых главное. Терзаться по собутыльникам? «Что близким сказать?» — Амба!
Неявная концовочка… И желательно ритмовку выровнять, не солидно как-то… Но между строф тянуло погорлопанить: «шестнадцать человек…»

Семен Венцимеров

Дединово

Течет река Ока, такая длинная,
А над рекой Окой село Дединово,
Село Дединово за Луховицами,
Изба старинная, крыльцо с жар-птицами,
Крыльцо с жар-птицами, изба с полатями,
Так отчего ж с тобой мы не поладили?
Да кто ж в избенке той, чья тень темнит стекло?
А счастье той рекой да мимо протекло…

Отхороводило, откаруселило,
Поразбросало вихрем и рассеяло.
И виноватых нет и нет обиженных,
Да только дальше всех, кто был мне ближе всех,
Кто был глаза в глаза, кто был уста в уста,
О ком печаль густа в начале августа,
В начале августа, числа четвертого,
Черты туманятся лица нечеткого…

Село Дединово весной красуется,
Пьянит черемухой родная улица,
Родная улица, где мы в обнимку шли,
Сияли звезды нам, для нас сады цвели.
Грозою вешнею спалило яблоню,
За все, что не сбылось, себя лишь я браню.
Напрасно звезды льют на землю ровный свет —
Нигде на всей земле нас друг для друга нет.

* А вот это – понравилось по настоящему. Явно чувствуется мелодия, ровненько сбито и с мелодичными концовками фраз. Что хотелось бы посоветовать: так это подумать над последними тремя строками. Концовку акцентировать. Четче мысль, подвести резюме всем предыдущим строкам. Особенно поковырять третью снизу строку, шипит. Сравните с предыдущей строфой – льется.

Вот такие дела… Из десятка заявленных песен – одна… Невелик улов.
Небось, народ бранится: какого черта он привязался!

Знал бы – сказал…