…тень Паганини продолжала играть в сумраке,
навечно впечатанная в расплавленную мостовую.
но шар закатившегося солнца,
как тлеющий уголь, разжигал костер земли,
сложенный из переплетения рук,
хвороста параллелей и бересты океанов.
слезы испарились в круговорот дождей,
монотонно барабаня в счетчиках.
а в эпицентре сердца
распускался огненный бутон тюльпана,
запеленгованный зеленым листом
надежды и человечности.
Хиросима
Добавить комментарий
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.
Великолепное стихотворение почти в очередную годовщину сброса атомных бомб (Малыша и Толстяка) под «Болеро» Равеля на японские города… читается, как непроходящая боль — остро, объемно… взволнованно…
Мир их праху…
Лишь бы колокол не замолчал…
С уважением, Надежда
Действительно, сильное стихотворение. Хотя кое-где банальности коробят — «выжить всем смертям назло», например. Или «ставшим — павшим» — не самая сильная рифма, скажем прямо. Такой накал страсти и боли требует и отточенности поэтического мастерства — ювелирной, сродни японской эстетике (если мы уж журавликов и оригами поминаем).
Но в целом — понравилось.
Пасиб, Михаил.
Мне кажется, что словесная эквилибристика в такой теме неуместна. Иначе тема отойдет на второй план, а на первом останется автор.
Пасиб. 🙂